Или та же ее подружка тетя Зоя? Как она говорила? Ах да, конечно: «Олежа у тебя так сглупил! Женился на этой капризной девчонке! Небось за деньги, да?». И так снова-снова-снова. По кругу. Примечательно следующее: Серегу это все не касалось никогда. Он нажрался и сел за руль? На него наговаривают, внимание, из-за АЛИСЫ! Он подрался из-за какой-то юбки в баре?! Его спровоцировали. И снова из-за Алисы! Она даже последнюю его выходку умудрилась спихнуть на мои плечи ИЗ-ЗА АЛИСЫ!
Помню, как будто это было вчера, тот ночной звонок от матери.
- Сережа…он...Ой, Олежа, беда!
Рыдала в трубку, я дико напрягся. Отложил все контракты, встал и подошел к окну. Если честно, то ожидал услышать, что его убили. Мой брат, после того, как мы уехали из Тулы, совсем разошелся. Он стал пить, употреблять, сделал ребенка какой-то девчонке несовершеннолетней…короче, полный набор. Еще на этапе с этим самым ребенком, я ему сказал — это последний раз, когда я вытаскиваю тебя из задницы. Родители-то ее запросили денег. Деньги или свобода.
Как это часто бывает? Ну вы поняли. Честно? Не хотел я платить. Устал. Но мать…она опять на меня надавила. Все мои детские травмы вспомнила и разом использовала. Сдался, но поклялся себе, что это будет действительно в последний раз.
А через три месяца вот это все. Я себя до сих пор виню, потому что если бы отказался — человек был бы жив. На моей это все совести.
Сереге прилетел бумеранг. Как и было завещано еще в кабинете Степана Андреевича: разбой, десять лет. По факту, это была обычная пьяная драка, где он очень сильно ударил мужика, тот упал, а они с приятелями его обворовали и сбежали.
Их быстро нашли и выставили все так, будто те заранее договорились. По крайней мере, со слов моего младшего брата. Верю ли я? Если честно, нет. Учитывая все то, что он творил — Серега был способен на такой поступок. И я отказался его откупать. За это я себя тоже виню, но больше за жизнь того человека. Надо было давно все это прекратить."
"И с матерью надо было давно все решить. Я все чаще слышу в последнее время понятие «токсичных родителей».
Или что-то вроде того…Почему я раньше не замечал, как токсична на самом деле моя мать? Наверно, потому что в глубине души тот мелкий, угловатый мальчишка, коим я был когда-то, да и все мы были, что уж отрицать, жив. Наверно я на его грезы о семье нормальной поддаюсь. Не хочу видеть очевидного, потому что он не хочет. Ему-то для выживания необходимо было цепляться за что-то светлое, и этим светлым была мама.
