— Написала бы, что у тебя все в порядке.
— Из письма они не смогут понять, как я счастлива, а увидев нас, сразу поверят. Они так за меня волновались, Николас. Пусть знают, что у нас все хорошо.
— Ладно, один день я выдержу, — со вздохом сказал он.
— Ты не сердишься?
— Я не осмеливаюсь сердиться на тебя, любовь моя. — Реджи нахмурилась, и он добавил:
— Боюсь, что ты в ответ тоже рассердишься.
— Дьявол! — засмеялась она.
Николас усмехнулся и подтолкнул ее к лестнице:
— Подожди меня. Я вспомнил, что и у меня есть кое-какие семейные дела.
Ой еще успел застать Мириам, которая из-за отъезда гостей несколько задержалась с утренней прогулкой верхом.
— Позвольте вас на два слова, мадам. Пройдемте в библиотеку.
Мириам хотела было возразить, но, поразмыслив, согласилась. Он вел себя вполне прилично.
— Надеюсь, это не займет много времени, — сказала она, когда он закрыл дверь.
— Думаю, нет. Садитесь, Мириам. Она нахмурилась:
— Ты ведь называл меня только «матушка».
Николас спокойно встретил ее холодный взгляд. Она всегда смотрела на него так, когда они были одни. Эта женщина ненавидела его, и он уже не в силах ничего изменить.
— Представьте себе, что со вчерашнего дня сестры поменялись местами. — Она побледнела, а он продолжал:
— Значит, вы еще не говорили с Элли?
— Она тебе рассказала?
— Но вы же сами хотели, чтобы я расспрашивал присутствующих дам, не так ли? — возразил он, не в силах удержаться от колкости.
— Неужели ты это сделал?
— Нет, Мириам.
Вы вскрыли мою рану, а моя жена ее излечила. Она заставила Элли все рассказать. Теперь я знаю правду, и, честно говоря, мне очень жаль, Мириам, что все так получилось. Я понимаю, как вам было тяжело.
— Не смей меня жалеть!
— Как вам угодно, — холодно ответил он, не чувствуя больше угрызений совести от принятого решения. — Я пригласил вас, чтобы сообщить, что в данных обстоятельствах ваше пребывание в Сильверли нежелательно. Вы можете подыскать себе коттедж подальше отсюда, и я куплю его для вас.
Мой отец весьма скромно вас обеспечил. Я помогу вам, но большего от меня не ждите.
— Ты покупаешь мое молчание, Николас? — насмешливо сказала она.
— Нет, Мириам. Если вам не терпится сообщить всему свету, что не вы подарили своему мужу наследника, пожалуйста. Моя жена не придает этому значения, а до остальных мне и дела нет.
— Ты уверен?
— Уверен.
— Ублюдок! — злобно выкрикнула она.
