Но клянусь, мужем тебе я не буду. Желаю счастья.
— Николас, ты не можешь так поступить! — В ее глазах были слезы.
— Я дал слово, мадам. В последний раз предупреждаю; не ходите в церковь.
Глава 19
— Ax, не плачьте, милая, — уговаривала Мэг. — Сейчас придут ваши кузины и помогут надеть подвенечное платье. Вы не хотите, чтобы они увидели ваши заплаканные глаза?
— Не могу ничего с собой поделать, — всхлипнула Реджи. — К тому же невесты всегда плачут в день свадьбы.
— Глаза у вас не просыхают уже целую неделю. И что же? Слезами горю не поможешь.
Так?
— Так, — снова всхлипнула Реджи.
— А если так, не нужно плакать. Иначе глаза опухнут от слез, а сегодня ведь самый знаменательный день в вашей жизни.
Реджи слабо пожала плечами:
— Все равно на мне будет вуаль.
— Ночью вы будете уже без вуали. Наступило молчание, потом Реджи прошептала:
— А ты уверена, что меня ждет брачная ночь?
— Неужели он не появится на брачной церемонии? — возмущенно ахнула Мэг.
— Появится, — вздохнула Реджи. — Но ты ведь знаешь, что он сказал.
— Чепуха. Некоторые мужчины до смерти боятся вступать в брак. Похоже, это относится и к твоему виконту.
— Он поклялся, что не будет мне мужем.
— В запальчивости, — спокойно возразила Мэг. — Ты ведь не принимаешь это всерьез?
— Он так думает. О, как я могла в нем ошибиться, Мэг? — жалобно сказала Реджи, в отчаянии качая головой. — Подумать только, я сравнивала его с Тони! Да Николас Эден ему и в подметки не годится! В его сердце нет места любви, он способен лишь на животную похоть.
— Реджи!
— Да, да, да! Я была для него только игрушкой, очередным завоеванием.
Мэг строго посмотрела на свою любимицу.
— Вы должны сказать ему о ребенке, — в сотый раз повторила она. — Хотя бы для того, чтобы он понял, почему вы настаиваете на свадьбе.
— Он бы не поверил. Да я и сама еще не могу поверить. Посмотри на меня, Мэг! Прошло уже четыре месяца, а ничего не заметно. Меня ни разу не тошнило и не… Зачем же мне связывать жизнь с этим человеком? А если я не беременна?
— Хотелось бы так думать, но вы себя обманываете, девочка моя.
И все равно нужно ему рассказать.
— Какой же я была дурочкой! Решила, что его возмутительное поведение — только ловкое притворство, — горько вздохнула Реджи. — Знаешь, у меня еще осталась гордость, Мэг.
— Иногда лучше про нее забыть, — мягко заметила горничная.
— Я же говорила тебе, как он поведет себя, если я открою правду. Он скажет, чтобы я не тратила на него время и поискала другого отца для своего ребенка.
