Реджи в оцепенении глядела вслед удаляющемуся экипажу.
— Николас, вернись! — крикнула она. — Если ты бросишь меня… Николас! Я тебя ненавижу! Ненавижу! — в отчаянии кричала она, зная, что он все равно ее не услышит.
Обернувшись, Реджи увидела перед собой огромный каменный дом, похожий на замок, мрачной и унылой тенью возвышавшийся в сумерках. Она могла разглядеть только массивную центральную башню и две боковые поменьше, остальная часть дома скрывалась во мраке. На фоне темного неба выделялся лишь купол оранжереи у правого крыла, в котором, видимо, размещались слуги.
По обеим сторонам парадной двери виднелись темные арки окон. Неужели дом пуст? Мило. Мало того, что ее оставляют одну в брачную ночь, ей придется к тому же спать на улице.
Делать нечего. Она расправила плечи, изобразила на губах улыбку и решительно направилась к двери, словно в приезде невесты без жениха не было ничего странного. Реджи постучала, сначала тихо, потом более уверенно.
Из двери выглянула испуганная молодая девушка, по-видимому, служанка.
Ей не позволяли открывать, это была обязанность Сэйерса, к которой тот относился со всей серьезностью. Он с нее шкуру спустит, если узнает, что она самовольничает.
— Мы никого не ждали, миледи, иначе Сэйерс не заставил бы вас стоять у двери. Но вы постучали очень тихо. Ах, что я болтаю! Чем могу служить, миледи?
Регина улыбнулась, несколько приободрившись при виде горничной:
— Для начала я хотела бы войти. Девушка раскрыла дверь пошире:
— Вы приехали к графине, леди Мириам?
— Думаю, я приехала жить здесь… некоторое время.
Но сначала я хотела бы видеть леди Мириам.
— Пресвятая дева! Вы будете здесь жить? Вы уверены?
Девушка воскликнула это с таким неподдельным изумлением, что Реджи рассмеялась:
— А почему бы и нет?. Здесь водятся драконы или демоны?
— По крайней мере один. А если считать и миссис Оутс, то два. — Девушка ахнула, покраснев до ушей. — Я… я не имела в виду… о, простите меня, миледи.
— Ничего страшного. Как тебя зовут?
— Халли, мэм.
— Тогда, Халли, доложи обо мне леди Мириам.
Скажи, что приехала молодая графиня Монтьет.
— Боже правый! — снова ахнула служанка.
— А теперь покажи мне, где я могу подождать леди Мириам.
Служанка впустила Реджи в дом и быстро произнесла:
— Я скажу миссис Оутс, что вы приехали, а она доложит леди Мириам.
Узкий холл был выложен мрамором. У стены, украшенной прелестным старинным гобеленом, стоял длинный стол, на котором лежал большой серебряный поднос для визитных карточек и писем.
