Я к ней подхожу и начинаю вести себя, как последняя сволочь: пристаю, лапаю, домогаюсь. Потом появляется Калаш и якобы учит меня манерам, мол, отвали от нее. Типа такой защитник. Пара пинков под зад, и я трусливо убегаю. А Ярик в глазах девчонки спаситель и герой, а там уж дальше проще простого.
— Да вы настоящие пикаперы, — рассмеялась я.
— Да, только вся эта тема обломилась, когда девчонки начали просекать, что мы с Севкой друзья, — улыбнулся Ярослав.
— Ага, — закивал Сева. — Вот писку-то было.
— Ну и поделом вам! Разве можно так девушек обманывать? — покачала я головой.
— Ой, Алиса, — вздохнул блондин. — Когда тебе четырнадцать, у тебя ломается голос, а лицо покрыто прыщами, все средства хороши.
Друг Калашникова мне понравился. Он был простым, непосредственным и открытым. Всегда приятно общаться с людьми без пафоса.
— Ну, Севка, че расселся и языком чешешь? Иди давай гуляй, — кидая в него подушку, сказал Ярослав.
Сева увернулся и, подскочив, взял Калашникова в захват. Парни начали шутливо бороться.
Но комната была маловата для рукопашных боев, так что я всерьез опасалось, как бы мне не прилетело по лбу.
— Ладно-ладно, — отстраняясь, улыбнулся Сева. Пошел я к Дашке. А вам хорошего вечера: сильно не шумите, стены тонкие, все слышно.
— Да пошел ты, — подталкивая друга к двери, ответил Калашников.
Пока мы с Севой болтали, Яр успел переодеться в черные спортивные штаны и белую просторную футболку. Он прилег на кровать и притянул меня к себе, обнимая сзади.
От его близости и необыкновенного аромата, в котором смешались запахи сигарет, ментола и кожи, у меня закружилась голова. Чувствовать на себе большие, налитые тугими мышцами руки Калашникова было приятно и очень волнительно.
— Значит, Алена — твоя бывшая девушка? — задала я вопрос, который мучил меня уже минут двадцать.
Ярослав закопался лицом поглубже в мои волосы и с силой втянул воздух. Слава Богу, я помыла голову сегодня утром.
— Ну, типа того, да, — наконец отозвался он.
— А почему вы расстались?
— Не знаю, Алис.
Почему люди расстаются? Наверное, просто больше не хотят быть друг с другом. Вот ты почему со своим мальчиком-с-иголочки рассталась?
— Ну, я поняла, что мы очень разные. И то, что я не люблю его. Больше. Или вообще не любила. Не знаю.
— Ну вот и у нас с Аленкой примерно та же фигня, — беззаботно отозвался он, прижимаясь ко мне еще ближе, если такое вообще возможно.
Я откинулась на спину, и его лицо оказалось над моим.
