Тем временем двое крупных незнакомых мне парней отделились от группы и начали обходить меня сзади.
Их план был очевиден, но поделать я ничего не мог. Я был в ловушке.
— Ну что, Калашников, извиняться будем? — смачно сплюнув на землю, спросил Глеб.
— Только после тебя, — улыбнулся я.
Тарасов едва заметно кивнул головой тем парням, что были сзади. И я кожей почувствовал, что они двинулись ко мне.
Первый попытался схватить меня за локоть, но я увернулся. Второй замахнулся, и его кулак пролетел в паре сантиметров от моего лица.
Я нанес точный удар-подсечку по ноге первому, и тот упал на землю. Я отскочил в сторону, стараясь перемещаться как можно активнее, чтобы не дать противникам одновременно атаковать меня.
Но их дружки не дремали: полетели на меня всей гурьбой с разных сторон. Так что я бил без особой цели, просто махал кулаками, попадая кому-то то в нос, то в живот, то в бровь.
Все это время я слышал причитания Павлика, который пытался запрыгнуть на толпу, но его грубо оттесняли назад.
Конечно, эта потасовка не могла продолжаться долго. В итоге меня скрутили и поставили на колени, чтобы не рыпался.
— Вы совсем, что ли?! Я полицию сейчас вызову! — орал Павлик.
— Закрой рот, Корчагин! — оборвал его Глеб.
Затем он подошел ко мне и с размаху вмазал в челюсть."
"Признаю, удар у Тарасова был славный. Хорошо поставленный, четкий и уверенный. То, что я не отключился, было счастливой случайностью. Наверное, я бы не удержался и упал на землю, если бы его соратники ""заботливо"" не поддерживали меня за скрученные руки и горло.
Во рту мгновенно появился железный вкус крови. Я сплюнул и улыбнулся. Как же мне все это знакомо. Разбитые губы, ноющая челюсть, слезящиеся глаза. В голове промелькнули воспоминания о десятках драк в детдоме, и во мне даже шевельнулось что-то вроде ностальгии.
Внезапно Павлик, собравшись силами, взял и, как маленький бешеный зверек, напрыгнул на Тарасова. Это было настолько неожиданно, что прежде чем Глеб успел понять, что происходит, Павлик своими маленькими кулачками пару раз умудрился ему врезать.
— Корчагин, ну ты олень! — с этими словами бугай оттолкнул от себя кучерявого очкарика, и тот повалился на землю.
Но не успел Глеб снова подойти ко мне, как Павлик вскочил и опять полез к Тарасову с кулаками. Но на этот раз он доигрался. Получил настоящий удар в нос, из которого моментально хлынула кровь. Корчагин скрючился и заскулил.
