– Вставай, урод!
Тот глянул на него так, что физрук отшатнулся. А потом встал – легко, игнорируя предложенную Вовчиком руку, как будто не его только что уронили на пол, приложили об него головой и несколько раз двинули так, что, наверняка, ребро сломали. И взгляд у него был ясный.
– И пойду. Руки от меня свои убрал!
Потом он глянул на нож, на директора, причитающего над Азаевым, на Татьяну Павловну, нюхавшую джин. И на меня. Снова на нож, на Вовчика и на меня. Словно сказать что-то пытался.
А у меня в голове была одна мысль: «Теперь его точно посадят.
Сто процентов. Эти так ему уйти не дадут!» И те же эмоции были на лицах всех троих – словно перед ними не человека ранили, а Новый год раньше пришёл. Стало мерзко и противно. Стас, ну зачем ты нож достал, ты бы и так с ним справился, оружейный маньяк…
– Быстро разошлись по комнатам и не выходим! – это нам директор крикнул, а мы стояли и смотрели Стасу вслед.
– Азаев на него первый кинулся, я подтвержу, – прошипела Банни.
– Да кто тебя слушать будет, ссыкуха! – Тамара Павловна всё пялилась на столик.
И тут Банни показала, что не зря её называют девушкой Бонда, и не зря её терпит самый сумасшедший обитатель интерната №17 – подошла и пнула стол так, что бутылки слетели. Все открытые – что не разбилось, то пролилось.
– И са-а-ама сука ста-а-а-арая! – это уже донеслось из коридора, и в голосе я отчётливо услышал слёзы. Я рванул за ней.
– Стой! – Вовчик бежал за мной, размахивая руками. – Стой, Макс, я тебя не догоню…
– Ну, что? – нервно ответил я.
Мне хотелось догнать Банни и пообещать, что со Стасом всё будет в порядке. Хотя, вряд ли.
– Ты это… Стас говорил, что у тебя чемодан с двойным дном?
– Ну и? Ну, вот ты скажи, за каким он хером нож достал?! – я стукнул кулаком по выкрашенной масляной краской стене.
– Да не ори ты! – Вовчик втолкнул меня в нишу около какой-то двери. – Ты чё, за кого Стаса держишь? Он в жизни нож в руки не возьмёт, его если поймают с чем-то, что длиннее зубочистки – это всё. А там лезвие сантиметров десять, сам видел.
– Ну, он его выиграл, я видел…
– Да тише, – Вовчик оглянулся, – это, короче… Тот, который там – это другой.
– Что? Кто другой?
– Да не вертись ты! Вот, – в карман мне что-то опустилось, – быстро к себе и спрячь, пока они не прочухались. Быстро!
– А… Но… – я нащупал в кармане предмет совершенно определённой формы.
– Он мне его отдал, почти сразу. Давай, пока не засёк никто!
Как я оказался в комнате – не помню. Трясущимися руками запер дверь.
