Я спускался вниз и охранники не узнавали меня, я бежал к гимназии – и меня не пускали! Я никогда не учился там! Я обращался к проходящим мимо одноклассникам – они меня не знали и не желали узнавать. На стоянку вырулил чёрный БМВ и я обрадовался – Спирит! Спирит должен меня узнать, мы ведь знакомы всю жизнь! Но он прошёл мимо, я попытался его догнать и не мог – вяз в воздухе.
И, задыхаясь, проснулся по-настоящему. Нет, всё на месте. Комната – моя. Я живу в своём доме и… И что?
Мне вдруг показалось, что всё, что я делал за всю свою жизнь, было настолько неважным, что, если бы какие-то внешние силы изъяли меня из этого мира (как вытаскивают намётку из ткани), ничего бы не изменилось.
Ни-че-го. А может, даже бы и изменилось к лучшему.
For everything I long to do
No matter when or where or who
Has one thing in common too
It’s a, it’s a, it’s a, it’s a sin…
«It’s a sin», – вдруг вспомнилось мне. Почему иногда кажется, что некоторые песни – это конкретно про тебя?
Отец всё чаще заговаривал о моём будущем, спрашивал, куда же я собираюсь поступить, всё ли я выяснил и рассчитал.
Я только съезжал с темы и старался не попадаться ему на глаза. Все выданные мне Спиритом бумаги я задвинул куда-то с глаз долой и завалил всякой дрянью. У меня рука не поднималась их даже оттуда достать. Почему? Ведь именно этого я так долго хотел, для этого я ездил в этот чёртов интернат и терпел там чёрт знает что…
На этом моменте мысли начинали спотыкаться. Странно, что сейчас всё самое плохое как-то подзабылось.
Зато ярче всего вспоминались действительно хорошие моменты – вот мы со Стасом ночью залезаем в кабинет труда и вешаем ведёрки с адской смесью и на следующий день нетерпеливо ждём, чем же всё закончится – попадутся ли лохи в наш капкан; вот мы сидим вместе и выпиваем, а Рэй поёт, держа в руках невидимую гитару. Как удался мой импровизированный шантаж – прямо гением себя чувствовал! Как я впервые подошёл к Стасу – боясь, что он меня оттолкнёт.
Как он приходил ко мне – сначала обдаёт холодом, а потом он сам, такой офигительно горячий. Как мы сидели и болтали, как бежали вдвоём по заснеженному лесу и валялись в снегу. Как впервые поцеловались – он поцеловал меня.
Я никогда такого не чувствовал. Я даже толком не понимал, пока не уехал. А теперь… Если искать сравнение, то это – как будто ты всю жизнь прожил в закрытом помещении и окружающий мир видел на экранах телевизоров.
