"
"– Единственный на сегодняшний день его биологический родственник – мать – не пожелала принимать участие в его судьбе, – холодно заметил Анатолий Владимирович.
Не пожелала – это мягко сказано. Она даже отказалась приехать, чтобы официально подтвердить назначенное и оплаченное парню лечение. Пришлось под угрозами вытребовать у неё эту бумагу. Веригину вспомнился угрюмый бегающий взгляд и злой голос, в котором прослеживалась паника: «Да пусть он подыхает, чёртов урод! Знать его не желаю, наказанье божье, а не сын! Всю жизнь с ним были проблемы!»
Попытки узнать, кто является отцом Стаса, ничего не дали.
Одни говорили об изнасиловании, другие – о пьяном залёте. Но по поводу изнасилования никаких дел не заводилось. Биография самой Ольги Григорьевой тоже не представляла собой ничего интересного. В Москву приехала из какой-то захудалой провинции, собираясь «стать звездой», но так и не стала, конечно же. Сменила несколько мест работы. Родила сына, через некоторое время сдала в детдом, потом забрала.
Родила ещё одного ребёнка. Отправила старшего сына в школу-интернат, в которую неофициально сплавляли проблемных детей. В личном деле Стаса, присланном из интерната, было написано, что он крайне жесток, агрессивен, неуправляем, склонен навязывать всем своё мнение, ограничен и невнимателен. И много всякой всячины. Однако Веригин-старший не очень-то полагался на мнение психологов, в глубине души считая их шарлатанами – сильно же они «помогли» Максиму!
– Да, конечно, – доктор кивнул, – только то, что мы обнаружили… Это выходит за рамки лечения и реабилитации после огнестрельного ранения.
У молодого человека целый комплекс проблем, связанных с дефектами гормонального развития.
– Да ну, какие ещё дефекты, нормальный парень, всем бы такими быть! С пробитым плечом на крышу влезть и держаться там до последнего! Такое не каждый здоровый мужик выдержит!
– Да, – доктор кивнул. Как объяснить этому… бизнесмену то, что организм человека устроен очень тонко, что высокий рост и косая сажень в плечах – не признак здоровья.
– Именно поэтому он смог. У молодого человека редкое и, очевидно, врождённое отклонение – преизбыток некоторых гормонов. Проще говоря, его организм сам себя накачивает стероидами. Он выглядит физически более развитым, у него высокий болевой порог, как он сам рассказал, в стрессовой ситуации он почти не чувствует боли.
