Вероятно, это платье было создано, чтобы заставить мужчину думать, будто она предназначена только для него, как щедрый дар богов. У Юэна возникло желание набросить на ее плечи накидку и одновременно уткнуться головой в эти соблазнительные груди!
Конечно, еще одна большая округлость явилась для него сюрпризом. «Она беременна». Казалось, на него обрушился огромный камень. Сердце сжалось, и внутри возникло жгучее ощущение, какого он никогда не испытывал прежде. В нем вспыхнул собственнический инстинкт, который затмил все прочие чувства.
Юэн был готов бросить вызов всем этим солдатам, чтобы защитить Джанет. Он едва не лишился разума от гнева и, черт возьми, от ревности, когда она начала намеренно соблазнять англичанина своими женскими прелестями.
Только сообразив, что это ее уловка, он сдержал свой порыв. Ему пришлось призвать всю свою силу воли, чтобы сдержаться и не броситься с кулаками на английского капитана, когда тот смотрел на Джанет оценивающим взглядом. Юэн явно выражал гнев, и это лишь подтверждало достоверность роли сурового, вспыльчивого мужа, которую она ему отвела.
Кто мог принять его за другого?
Юэн заметно злился, в то время как Джанет попросила фермера помочь найти жителя деревни, который мог бы продать лошадь. При этом она настолько очаровала суровую жену фермера, что та приготовила для них горячую еду и в конечном счете сделала так, что они смогли уйти из деревни без столкновения с солдатами. Юэн был не настолько глуп, чтобы желать иного, но сейчас, когда в нем кипела неукротимая энергия, он был готов вступить в бой.
Убедившись, что их никто не преследует, он вернулся к месту их стоянки, чтобы забрать доспехи и оружие, спрятанные у ручья. К сожалению, им пришлось двигаться окольным путем, но даже вдвоем на одной лошади они должны были достичь Сандрама вблизи Эйра до наступления ночи. Там находился дом, где они могли переночевать в безопасности и где, как он надеялся, к ним присоединятся остальные гвардейцы.
Хотя Юэн держал сидевшую впереди Джанет за талию и его тело активно реагировало на ее присутствие, он не промолвил ни слова, с тех пор как они покинули деревню.
Странные чувства владели им, и он не был уверен, что может доверять себе.
Они ехали около часа, когда Джанет наконец нарушила тишину.
– Ну, говори же. Я знаю, что ты злишься. Давай покончим с этим. Но прежде чем начнешь ругать меня, хочу заметить, я ушла от ручья только потому, что увидела знамена англичан и решила предупредить тебя.
