Юэн кратко изложил историю о том, как он и Маклин обнаружили двух монашек в окружении английских солдат и как «сестра Дженна» защитила свою юную подопечную, предотвратив насилие своими угрозами. Он поведал о том, как Маклин отправился проследить, чтобы послание дошло до Брюса (так оно и было), и как Юэн настоял на сопровождении Джанет по пути назад к Ламбертону.
Лицо короля, помрачневшее, когда Юэн описывал нападение англичан, наконец просветлело, и он криво улыбнулся.
– Уверен, она едва ли была рада твоему присутствию.
Джанет с юных лет была своевольной девушкой и никогда не любила подчиняться чьим-то указаниям. Полагаю, ее стремление к независимости лишь возросло за прошедшие годы. Удивительно, что она не пыталась отделаться от тебя.
– Она пыталась.
Король удивленно приподнял бровь.
– И ты не поддался ее красноречию? – Он засмеялся. – Хотел бы я на это посмотреть. После смерти отца девушка некоторое время жила со мной и Изабел. Я неоднократно пытался наказать ее за озорство, но каждый раз все заканчивалось тем, что у меня возникало чувство, словно я заслуживаю отправки в ближайший монастырь для покаяния.
Юэна не интересовали воспоминания о проступках Джанет в юные годы, куда больше ему хотелось узнать о ее выходках сейчас.
– Англичане постоянно патрулируют границу, пытаясь перекрыть связь через церковь. Опасность для курьеров нарастает, при этом женщины особенно уязвимы.
Помня о своей недавней оплошности, Юэн проявил осторожность в выражениях, стараясь, чтобы его слова не были восприняты как критика.
Однако Брюс услышал в них прежнее осуждение.
– Мы не сможем победить в войне без поддержки со стороны церкви – как монахов, так и монашек. Они понимают, чем рискуют, когда соглашаются выполнять свою миссию. И я не хочу отказываться от помощи только потому, что она исходит от женщины. А Джанет – женщина, которой я могу всецело доверять.
Юэн сжал губы, чтобы удержаться от возражений. Он не понимал, что могло быть настолько важным, чтобы подвергать ее жизнь опасности.
– Ты забыл, что сделала для меня Белла? – спросил Брюс, имея в виду жену Макруайри, бывшую графиню Бьюкен, которая несколько лет страдала в английской тюрьме за участие в коронации короля. При этом часть срока она провела в клетке. – Или как из-за меня мучились мои жена, дочь и сестры?
– Я, конечно, помню об этом, – сказал Юэн. – Женщинам не место в тюрьме или в клетке. Наш долг…
Он остановился, прежде чем обидные слова сорвались у него с языка, но было поздно.
