Так разговаривать, чтобы донести до него: других вариантов больше не светит.
Смотрю, как Соболь завершает смену кода и отдаю приказ начинать.
Хотел бы я всех здесь зачистить. И поставщиков, и бригаду Соболя. Одним махом. Мои люди могли бы устроить бойню. Уничтожить товар.
Но рано. Слишком много шума.
Первые несколько дней после операции Леонид Аркадьевич не должен ничего подозревать. Тогда полностью возьму сетку Соболя под контроль. А потом уже нейтрализую. Так, что никто не сможет этому помешать. Время упустят.
Мы отпускаем поставщиков. Они спокойно выезжают со склада. Далеко не уедут, но их начнут искать не раньше выходных.
Этого нам хватит.
После отъезжают главные помощники Соболя.
Их нужно гасить на самом последнем этапе.
Остается только сам Соболь. Его охрана. И несколько рядовых шестерок. А еще задерживается один из помощников. Но это не критично."
"Переключаю экран на режим наружного наблюдения. Смотрю, как блокируют двери склада. Опять возвращаюсь обратно. На склад.
— Шеф, тут проблема.
— Чего? — рявкает Соболь, не отрываясь от экрана своего планшета.
— Двери будто заело.
— Так разберитесь.
— Не идет. Видно, технический сбой.
— Ты мне по каждой хуете будешь мозги выдрачивать?
Соболь все же смотрит в сторону.
И…
Да, это не Батуров. Чутье у него получше будет. Он обводит взглядом своих людей. Точно ловит тревожный сигнал, который до них самих еще не дошел.
— Блядь, — выдает и резко поднимается.
Больше они ничего сказать не успевает, потому что начинается моя операция.
По-настоящему.
Его людей гасят. Всех. Они едва ли успевают дать отпор.
А Соболя прикрывают. Мои же ребята. Рано ему подыхать. Нельзя, чтобы поймал случайную пулю.
Хотя перестрелка вялая. Охрану быстро убирают. Свидетели нам не нужны. Но рисковать все равно не стоит.
Мне докладывают, что склад взят под контроль.
Выхожу из тачки, направляюсь туда.
Соболь не дергается. Наблюдает. И на экран планшета поглядывает.
Коды он уже сменить не успеет. Система не даст. Только если через сутки. Там лимит установлен.
— Чего тебе надо? — увидев меня, сразу переходит к делу. — Деньги — не проблема. Заплачу, сколько скажешь. Но ты по ходу не знаешь, кому сейчас дорогу перешел. Такие люди здесь дела проворачивают, что мешаться не стоит. Поверь.
Глазами давить пытается, но считывает мою реакцию и сам гасится. Замолкает.
Соболь видит, что все я знаю. И дорогу перехожу не просто так. И откупиться ему деньгами никто не предлагает.
Усаживаюсь напротив. Смотрю на него.
