И тут же губы переместились ниже, на ставшую очень чувствительной кожу горла.
Инстинктивно – волки горло берегут, позволяя трогать его только самым близким – матери, ребёнку, своей паре – девушка попыталась увернуться, но Максим не стал настаивать, спустился ещё ниже, накрыв губами сосок правой груди.
Луна!
Оля вздрогнула и тихо застонала, краем сознания удивляясь и тому, как приятно всё, что делает с ней Максим, так и тому, что не возражает Умка.
Она уже была с волком, разбуженная чувственность охотно отзывалась на ласки, скручиваясь жгутом желания, предвкушения и томления внизу живота.
Альфа не спешил.
Бережно и виртуозно он поглаживал, надавливал, прикусывал, настраивая её тело, завораживая и всё сильнее скручивая горячую спираль внутри её естества.
Через какое-то время Ольга поняла, что ноги её не держат, но не успела, ни покачнуться, ни упасть, как Максим, внимательно следивший за её состоянием, подхватил девушку и осторожно опустил на ложе.
Прикосновение ворсинок меха к обнажённой коже вызвало следующий виток возбуждения.
Умка жалобно заскулила, показывая, что не понимает, что с ней. Но новые поцелуи выкинули из головы все мысли и сомнения.
Безусловно, Максим знал толк в любви. Он ласкал волчицу медленно, чувственно, бережно, каждым поцелуем, каждым касанием посылая по её телу волну нарастающего удовольствия.
Поднял ноги жены, согнув их в коленях, развёл и накрыл ладонью лоно. Ольга застонала, прикусив губу.
- Т-ш-ш! – и следующий поцелуй едва не снёс голову – Максим поцеловал прямо… туда! Прошелся языком по складкам, ударил по клитору.
Женщину выгнуло, руки сами по себе вцепились в плечи мужчины, царапая и сжимая.
И еще прикосновение языка – ласковое поглаживание. Снова удар, и сразу волк чуть прикусил чувствительный бугорок, а потом отстранился и подул на него. Оля вскрикнула.
Успокаивающие поцелуи внутренней поверхности бёдер. Руки мужчины тем временем мягко ласкали её грудь, задевали соски, сминали полукружья, гладили животик.
Если сначала женщина недоумевала, потом не могла понять, почему она не сопротивляется, почему ей так все нравится, то теперь она потерялась в ощущениях и вместе с Умкой мечтала об одном – чтобы сладкая пытка не останавливалась.
Будто услышав её мысли, Максим накрыл ртом её лоно, потянул клитор и резко отпустил, ударив вдогонку по нему языком. Раз. Два. Три.
Оля выгнулась и вскрикнула от остроты ощущений, не в силах справиться с волнами удовольствия, которые собирались в пульсирующем бугорке.
