И мужчина опустился на пол перед девушкой, осторожно снял одну туфлю, потом вторую, провёл рукой по ноге вверх, нащупал и стянул подвязку.
А она-то про неё совсем забыла!
- Ожидается, что жених сорвёт подвязку зубами, - прошептал волк, - но, думаю, мы обойдемся моими пальцами.
Затем мужчина снова скользнул рукой вверх по ноге и скатал вниз первый чулочек. Ольга выдохнула сквозь стиснутые зубы – настолько волнующе, настолько необычно и непривычно всё это.
Что интересно, Умка замерла, но не протестовала.
То же самое альфа проделал со вторым чулком.
Не зная, чего ожидать дальше, девушка переступила ножками по густому меху, мельком отметив, насколько приятно к нему прикасаться босиком.
И резко выдохнула, когда мужчина, продолжающий стоять перед ней на коленях, ласково провёл по её щиколотке и, не остановившись на этом, продолжил путь вверх, мягко лаская пальцами кожу ноги.
- Максим, что ты делаешь?
- Т-шш! Раздеваю. Ты же не собираешься спать в платье? Я не наврежу, не обижу, не сделаю больно, - прерывающимся голосом прошептал волк.
– Доверься мне, Оля! Это древний обычай – в ярангу вошли мужчина и женщина, а утром должна выйти пара, напитав Волчицу-мать.
- Илья, - дернулась волчица, - ты обещал, что не станешь…
- Всегда держу свои обещания, но это не значит, что мы можем пренебречь обычаем. Не бойся, маленькая!
Ольга вздрогнула, когда руки мужчины вместе с платьем поднялись выше пояса, а затем персиковое великолепие окончательно покинуло свою хозяйку.
На девушке не осталось ни нитки, только серьги и чокер.
- Ты такая красивая, - пробормотал Максим, выпрямляясь. Его голова оказалась на одном уровне с головой Оли.
Теплый уют полога, неясные тени от горящего жирника, запах трав, от которого слегка кружилась голова. Или это не от трав, а от близости великолепного волка?
Поглаживания и прикосновения, когда Максим снимал с неё чулки и туфли, осознание, что он видит её обнажённой, и между ними какие-то сантиметры, пряный запах возбуждения, прерывистое дыхание мужчины…
Ольга прикусила нижнюю губу, чтобы отогнать наваждение.
Боль немного отрезвила, но она не успела ничего сказать.
Волк обнял, поглаживая спину девушки, провёл носом по её скуле, уже губами задел веко, скользнул к виску и ушку. Одна рука поднялась вверх, погрузилась в волосы волчицы, аккуратно вынимая шпильки и заколки, выпуская локоны на свободу. Минута – и блестящий золотой водопад укрыл спину Ольги.
- Ты невероятная!
И поцелуй. Нежный, бережный, невесомый.
