Размером с уссурийского тигра.
Простит?
А если не простит?
Хорошо, что до родных земель Ольги тысячи километров по безлюдной тундре и дикой тайге – не сбежишь. А то кто её знает, эту женщину? – вон, полезла драться с альфой, а на такое далеко не все волки отважатся, что уж говорить про самок?
Ничего, оттает. Пусть, не сразу, но оттает, никуда не денется. Здесь ни развлечений нет, ни разнообразия – тундра, да оборотни. Из близких у Ольги только он и есть, а все остальные пока посторонние. Хорошо, если они с Ириной подружатся, вдвоём с Луной он сможет объяснить молодой самке правила, приучит к дисциплине.
А там, глядишь, она про Илью и думать забудет. Во всяком случае, он очень на это надеется.
К назначенному часу в зале собрался весь клан. Вернее, все взрослые, которые на этот день оказались в посёлке.
Для провинившихся самок поставили два стула слева от Максима, все остальные волки и волчицы заняли места по периметру, и остались стоять.
Первыми пришли Илья с Алиной.
Волчица выглядела заплаканной и поначалу отказалась садиться, но стоило Максиму нахмуриться, как она тут же заняла один стул. И зашипела, пытаясь найти наименее болезненное положение.
Сомнений не было – порку она получила, крики не были инсценировкой.
Появилась Ирина с Ольгой. Максим жадно смотрел в лицо жены – ни малейшей эмоции!
Глядя прямо перед собой, женщина подошла и села, по её лицу скользнула еле уловимая гримаса боли, но самка удержала и возглас, и мимику. Села с прямой, как спинка стула, спиной, и только побелевшие пальцы, вцепившиеся в сиденье, да прикушенная губа, показывали, насколько ей больно.
Если Алина охала и всё время ёрзала, пытаясь уменьшить неприятные ощущения, то Ольга как села, так и не шевелилась.
Максима в детстве и юности пороли часто. Рукой редко, чаще ремнём, и он хорошо знал, насколько некомфортно сейчас обеим волчицам. Тем большее уважение вызывало поведение Оли.
- Итак, волки, - кашлянув, начал он речь, - мы собрались здесь, чтобы выслушать моё решение.
Сначала про испытание – оно не засчитывается ни одной из самок. Алина Викторовна показала себя неприспособленной и нечестной. Она не умеет работать в команде, а её волчица – сильная по рождению – почти не имеет необходимых волку навыков. За попытку обмануть клан, за наговоры на соплеменницу, я изгоняю Алину Викторовну из стаи сроком на три года, причём, проведёт она это время исключительно в волчьей ипостаси.
