– Твоя Оля – удивительная самочка. Когда заматереет – не волчица будет, а сокровище!
- Не моя, - отвёл глаза Максим. – Она уже – сокровище. И закроем эту тему.
- Как скажешь, - не стал настаивать Антонио и тут же перевёл разговор. – Илюшку твоего я на обратном пути заберу. Верну лет через десять-двенадцать, если, конечно, сам пожелает выйти из Стаи.
Они хорошо посидели.
Антонио подробно рассказал, как шёл по следу Ольги, Андрей – про результаты проверки клана.
Ох, распустил Виктор оборотней! У него не только дочь, что хотела, то и воротила, остальные волки тоже о дисциплине имели весьма посредственное представление.
Вот и результат – проворовался альфа, стайные себя хуже шакалов ведут, щенки растут, как трава, самок в пары едва не силком ставят. В стае разброд и шатания. Но к своей особе Марков от сородичей требовал глубокого почтения и не прощал даже малейшего пренебрежения в этом вопросе. А ещё волкам настоятельно рекомендовалось не лезть в финансовые дела клана. Волки приспособились, научились льстить, скрывать правду и следить друг за другом, немедленно донося альфе, кто куда пошёл, кто что сказал или сделал.
Не волчья стая, а сборище гиен.
- И кому-то всё это придётся разгребать, - вздохнул Верховный. - Я уж Матвею намекал, он бы смог. Да свой клан оставлять не хочет.
- И я его понимаю – с нуля, считай, на своих плечах всё отстроил, хозяйство завёл, посёлок. Шестнадцатый клан сейчас, пожалуй, из самых успешных, - кивнул Решетников. – Конечно, никто не захочет оставить своё детище и выносить чужое дерьмо.
Ничего, наберутся претенденты.
- Они-то наберутся, только годных, кому, как себе доверял бы, кто реально сможет навести в стае порядок, среди них не видать, - буркнул Андрей.
Максим мысленно усмехнулся – не дурак, ясно, куда Верховный клонит. Но нет – такую головную боль он на себя добровольно не примет.
А потом был суд, и ему хотелось придушить Валерия на месте. А Маркова достать, оживить и снова прикончить. Несколько раз подряд.
Он слушал Ольгу, стараясь не слишком пристально на неё смотреть, ведь волки чувствуют чужой взгляд.
Понятно, что на неё весь зал глазел, все без малого пять тысяч оборотней. Но кто знает? Вдруг именно его взгляд она почувствует и собьётся?
И не успел опустить голову, как Ольга повернулась, будто и вправду почувствовала.
Луна, какая же она красивая! И как он соскучился!
Дальше всё, как в кошмарном сне – нападение, его бросок, когда успел вырвать волчицу и перебросить её Андрею.
