Самый сильный, взрослый, умудренный опытом волк, сто раз подумает, прежде чем решится бросить вожаку вызов, а про самок и речи нет – ни одна себе такое не позволит. Даже драгоценная истинная пара. Даже единственный щенок. Правила выживания волчата впитывают с молоком матери, усваивают прочно и на всю жизнь.
Конечно, в любом разговоре глаза нет-нет да встречаются, как же иначе? Но взгляды, зацепившись на долю секунды, тут же скользят дальше, не задерживаясь, не провоцируя.
Вожак может позволить себе пристальный взгляд на любого члена своей стаи и на подавляющее большинство чужих оборотней, если заслужат.
Смотреть также на альфу другой стаи – значит, вызывать его на бой. Самке, даже самой сильной самке, против вожака не устоять, это гарантированное самоубийство. Впрочем, волк зарвавшуюся волчицу не убьёт, слишком они ценны, он просто поставит её на место. Так, чтобы ни она сама, ни какая другая о повторении и подумать не могли.
Зрители забыли как дышать, ожидая, чем завершится противостояние.
Алина, кипя от злости, буравила Виктора глазами, не замечая, что его взгляд леденеет, а остальные присутствующие, кроме Решетникова-старшего, мимикрируют под мебель и статуи.
- Как же так, отец? Или ты растил меня, чтобы сделать придатком кОль.. - волчица запнулась и замолчала, осознав, что переходит черту.
- Продолжай, - почти ласково поощрил отец.
- Обойдусь, - Алина опустила глаза, чувствуя, как дрожат конечности, а в районе солнечного сплетения образуется горячий комок.
«Избаловал, - с горечью думал Виктор, рассматривая дочь.
– Слишком много воли дал, потакал».
- Перекинулась. Быстро! – отрывисто скомандовал Виктор и добавил присутствующим. – Все – вон!
Комната опустела в мгновение, даже удивительно, как никто не столкнулся в дверях, настолько быстро волки бросились выполнять приказ альфы.
Алина, догадавшись, что допустила большую ошибку, заскулила и ринулась под защиту Ильи.
Бета понимал, что отец калечить дочь не собирается, только преподаст урок, он – её отец и альфа, и в своем праве.
Но и Ильяне мог остаться в стороне – Алина стала его женой, он обязан защищать ее.
Драться за самку не хотелось совершенно, но промолчи он, и никто не поверит в то, что они – пара.И значит, договору конец, здравствуйте, неприятности. А там последует и вызов за оскорбление.
Север недовольно бурчал, настаивая, что им незачем портить себе шкуру, вступаясь за эту самку, тем более что трепку она заслужила. Им надо за своей девочкой идти, пусть эта самка сама выпутывается.
