Любовь и гром

Оно заключалось не только в сути сказанного — Сандер снисходил к ее мольбам, соглашаясь работать лишь за бешеные деньги, — но и в интонации.

О, он весьма хитер, этот Кольт Сандер! Он совершенно очевидно ожидает взрыва возмущения в ответ. Он абсолютно уверен в ее отказе — для этого и назвал такую сумму.

Иначе он бы так не поступил. Джослин прикусила губу, чтобы не улыбнуться. За пятьдесят тысяч она может нанять сотню проводников, и они оба это прекрасно знают. Но вот чего он не знает, так это ее истинных желаний и намерений.

Вероятно, он будет самым дорогим любовником, которого когда-либо покупали, но она с удовольствием потратит на него часть своего состояния!

— Договорились, мистер Сандер, — не скрывая удовлетворения, ответила Джослин. — Отныне вы работаете на меня.

Она поспешно отвернулась, чтобы не рассмеяться при виде безмерного изумления, появившегося на его красивом лице.

Глава 12

— Знаешь, он ведь сделал это исключительно тебе назло, — сердито пожаловалась Ванесса, стирая с лица пыль влажным платком.

 — Мы проехали всего лишь в двух-трех милях от города, и уже почти наступил вечер. Не было никакой причины тащиться дальше и разбивать лагерь под открытым небом. Он поступил так лишь в отместку за то, что ты сегодня поймала его на слове. Вот увидишь, Джослин, этот человек еще заставит тебя пожалеть о том, как ты сумела его провести."

"— Я вовсе его не провела, а согласилась на его условия.

— Не говори ерунды, дорогая. Ты прекрасно знаешь: эти смешные условия были выставлены совсем не для того, чтобы на них соглашались.

Видела бы ты его лицо!

— Я видела. — Джослин расплылась в такой счастливой детской улыбке, что Ванесса против воли улыбнулась ей в ответ. — Никогда прежде я не получала столько удовольствия от денег, оставленных мне Эдвардом. Если бы Кольт запросил луну, я вполне могла бы ему ее дать. Господи, это же такое удовольствие!

— Надеюсь, ты не изменишь своего мнения после того, как мы проведем последующие несколько недель в палатках.

— Ой, да прекрати ворчать, Вана! Я бы не стала называть это палаткой.

Это действительно была не палатка, а шатер, огромный, застланный персидским ковром с разбросанными на нем подушками и толстыми шкурами вместо постели.

— У нас есть все необходимые удобства.

— Кроме ванны, — ехидно возразила графиня, обнаруживая тем самым истинную причину своей досады.

— Ты же прекрасно знаешь, что вполне можешь принять ванну.