Конал Брюс окинул их грозным взглядом.
– Гризел, – велела Адэр, – пойдем со мной, заберешь одежду лэрда. Отдашь ее Элсбет. Найдется ночная рубашка для лэрда?
– Я не сплю в чертовой рубашке! – взорвался лэрд с таким видом, что Гризел и Флора нервно подскочили.
– Я тоже, – спокойно заметила Адэр, беря его за руку. – Пойдемте, милорд.
И они в сопровождении Гризел вышли из зала. Оказавшись в спальне, Адэр первым делом сняла поношенные сапоги лэрда.
– Посмотри, нельзя ли привести их в божеский вид, – сказала она Гризел и брезгливо сдернула портянки.
– А это сожги. Они почти сгнили и ужасно воняют. Вставайте, милорд.
Конал был поражен ее деловитостью. Адэр быстро раздела его, вручая каждый предмет Гризель с соответствующим приказанием.
– Это можно вычистить. Это – постирать. Это – сжечь. А это еще можно заштопать. Если у него нет другой рубашки, нельзя ли к утру сшить новую? Если же рубашка есть, позаботься о том, чтобы она была чистая и без дыр. Вижу, нам придется браться за шитье. Садитесь в лохань, милорд.
Не хотите же вы, чтобы вода остыла.
Лэрд кое-как уместился в лохани. Колени неуклюже высовывались наружу."
"Гризел собрала одежду и вышла из комнаты.
Встав на колени, Адэр взяла небольшую тряпочку, окунула в горячую воду, хорошенько намылила и принялась оттирать Конала.
– Жаль, что я не смогла найти жесткую щетку, – приговаривала она, растирая мыло по его широким плечам и спине и стараясь изо всех сил. – У тебя ужасно грязная шея!
Она так энергично орудовала тряпкой, что Конал протестующе завопил:
– Женщина, ты, никак, пытаешься содрать с меня шкуру?!
– Я не терла бы так сильно, не будь вы чумазым, как уличный мальчишка, и раздобудь я щетку, – пояснила Адэр, атакуя его уши.
– Не помните, когда в последний раз пользовались мылом? Вероятно, со смерти своей доброй матушки. Какой позор! А она так старалась хорошо вас воспитать! С вашими братьями по крайней мере ей это больше удалось.
Его грудь была покрыта легкой порослью темных волос. Грудь Эндрю была гладкой. Адэр молча вымыла Коналу грудь и руки.
Он высунул ногу, и Адэр снова принялась за дело, продергивая тряпочку между пальцами. У него были очень большие ступни, что неудивительно для такого высокого мужчины. Она вымыла вторую ногу. Ногти на ногах и руках давно следовало бы подстричь, и она позаботится об этом, прежде чем они лягут в постель.
Наконец Адэр атаковала его темные волосы, безжалостно впиваясь пальцами в кожу головы, чтобы избавиться от гнид, которые наверняка угнездились там.
