Любовь - яд

Обычно особые умники регятся на загрансерверах и оттуда шлют, тогда письмо не отследишь, а этот и не старался или вовсе в этом ни шарит. Так что адрес IP у меня есть. Тот даже почту не удалил.

— По этому адресу реальный можно вычислить? — спросил Артур.

— Можно, если только тот тип не с ноутом на улице к какому-то кафе подключился. Тогда можно. Адрес вычислю мигом. Ты Артур ему пару писем напиши, а он пусть ответит. Посмотрим — с того же адреса письма шлет или он меняется. Если меняется хреново, а если тот же, то я тебе его вычислю.

— Сколько по времени?

— Тоже пару дней.

— Хорошо, давай. Я в долгу не останусь.

Позвонила Алена. Артур тяжело вздохнул и ответил.

— Да.

— Милый, а нас на банкет пригласили.

Артур закатил глаза:

— Какой банкет? Какой нафиг сегодня банкет, Алена? У меня неприятностей вагон, а ты с банкетом.

— Инга с Германом что-то отмечать собрались. Ты не поверишь, они пригласили нас в ""Плазу"". В ""Плазу""! Я никогда там не была.

Артур посмотрел на Пашку, хотел было отказаться, но вдруг передумал:

— Ты хочешь пойти?

— Очень-очень хочу.

— Значит пойдем. Когда банкет?

— Завтра. Ты когда дома будешь?

— Ложись без меня, у меня дел по горло. Все — давай.

Голова у Артура раскалывалась на мелкие осколки.

— Так, Чернышев, пора тебе обо всем забыть и отвлечься. Сегодня по бабам. Гоша, ты с нами?

Хакер отрицательно мотнул головой, усиленно клацая по клавиатуре:

— Так я и думал. Артурыч, без возражений. Сейчас возьмем себе по три массажистки, и они вмиг заставят тебя забыть о проблемах.

Поехали тут неподалеку тайский массажный кабинет.

14 ГЛАВА

У каждого своя цена

Герман вернулся рано утром. Совершенно неожиданно, не сообщив о приезде. Я ждала его ближе к вечеру, но он устроил мне сюрприз. Не особо приятный. Появился на пороге нашей спальни с чемоданом, с цветами. Увидев его, я поняла, что даже немного соскучилась. Все-таки столько лет вместе. Наверное, то же самое чувствуют супруги, даже если чувства уже остыли.

Привычка. Да, я к нему привыкла. Герман долгое время заменял мне маму, папу, друга, любовника, всех в одном лице. Новицкий отшвырнул чемодан в сторону, цветы на пол и ринулся ко мне, раздеваясь на ходу. Изображать страсть было трудно. Особенно после того как я испытала ее в подлинном виде. Герман был неистов, если такое вообще можно про него сказать. Его неистовство заключалось в том, что он ненасытно целовал меня всю от кончиков пальцев до кончиков волос.