Любовь - яд

""Визу"" возьми и сходи по магазинам эдак часика на три, хорошо?

Девушка прожгла меня взглядом полным ненависти, но бумажник достала и карточку тоже. Через десять минут за ней закрылась входная дверь.

— Милая, послушная — как всегда на пару месяцев, а потом захочет вселенную, а я не смогу подарить. Ну, так что, Василиса, может коньячку за встречу с давней подружкой?

— Я не пью.

Пашка подвинул ко мне пачку сигарет.

— И уже не курю.

Он смотрел на меня, слегка прищурившись. Видно было, он много чего хотел мне сказать не особо приятного, но ждал, когда я начну говорить.

Я глубоко вздохнула и спросила:

— Как он там? Где он? Когда ты в последний раз его видел?

Пашка все же принес коньяк, наполнил свой бокал и тихо, но настойчиво попросил:

— Сначала рассказывай, а потом вопросы задавать будешь. Отвечу если посчитаю нужным. Рассказывай, как ты Чернышева за решетку определила.

Я рассказала ему все. Начиная с той минуты как увидела, что Артура арестовали. Последнее время я говорила только правду, даже странно стало после стольких-то лет сплошной лжи.

Я знала, что Пашка мне не верит, да и не ждала от него ничего кроме подозрений, только у меня имелось два веских доказательства того, что я не лгу. Когда я закончила говорить, Пашка усмехнулся:

— Значит, охранника на тот свет отправила и сбежала? А Новицкая тебе помогла да?

Я кивнула.

— Складно поешь, только я сам так петь умею."

"Я знала, что он это скажет, сунула руку в сумочку и достала газету, которую купила сегодня утром прямо выйдя из парикмахерской.

Пашка взял ее у меня и развернул. Я видела, как меняется выражение его лица по мере прочтения.

Он отложил газету в сторону.

— Круто. Значит автокатастрофа? Отстал я от жизни за несколько дней.

Я кивнула снова.

— Я теперь вне закона.

Пашка встал с кресла и прошелся по комнате, потом закурил. Он думал, лихорадочно, нервно. Я ему не мешала. Потом остановился напротив меня.

— Новицкий поверит в этот фарс?

Я не знала.

Очень надеялась, что поверит, но теперь я понимала, что недооценивать бывшего любовника мне точно нельзя. Пашка дымил в мою сторону, и я чувствовала как к горлу подступает тошнота. Резко встала.

— Туалет где?

— Там. Эй, ты чего?

Я побежала в том направлении, что он показал, и меня как всегда вывернуло наизнанку, я даже дверь за собой закрыть не успела.

— Я воды принес, на, попей, а то совсем бледная как мертвец.