Удивительно, как в судорогах не повалилась на землю.
— Дамы! — позвал нас Элрой.
— Таннер! — необычайно обрадовалась Риана, помахав рукой.
Тут Ральф увидел знакомую двуногую клушу с комфортным ридикюлем под мышкой и, как ужаленный под хвост, рванул в мою сторону. К несчастью для обоих — дракона и его хозяина, первый был ограничен привязью, а второй запутал поводок на запястье. Резвым галопом, проваливаясь в намытые за весну ямки, они слаженно скакали через пожухлый газон. Элрой, старавшийся не расплескать кофе, и мелкий вороватый дракон, нацелившийся снова превратить дамскую сумку в переноску.
— Ральф, фу-фу! Нельзя! — рявкнула я, когда ящер с блаженным видом грязными лапами вцепился в мою ногу, обвернул вокруг лодыжки хвост и, выпустив из ноздрей пар, с нежностью прижался мордой.
— Он соскучился, госпожа Амэт, — с ехидцей прокомментировал Элрой, как будто сам только что не изображал спринтера по пересеченной местности. — Доброе утро, Риана.
— Таннер, как хорошо, что ты решил появиться лично! — засюсюкала та нежным голосом, вдруг перестав быть похожей на нормальную, трезвомыслящую даму средних лет.
— Сможешь судить конкурс красоты.
— Воспринимай меня как простого служащего, — отозвался он, вручая женщине почти ополовиненную во время галопа кружку, мол, прими вместо взятки и успокойся. — Я здесь ради благотворительности, так что поработаю вместе с госпожой Амэт.
— Вместе с Терезой? Поработаю?! — синхронно возмутились мы с организаторшей.
Та даже про кофе забыла, чашкой махнула, и на газон выплеснулась коричневая бурда. Не знаю, что себе навыдумывал Элрой, я собиралась быстренько проинспектировать шатры и до первого гостя сбежать домой…
В десять часов утра раскрылись кованые ворота, и целая толпа влюбленных в драконов хлынула в парк. Наряженные в полосатые передники, мы с Таннером стояли на раздаче бесплатного безалкогольного пунша и только успевали разливать в бумажные конусы сладкое питье, приторно пахнущее апельсинами.
Возле нашего прилавка собралась свора из женщин разного возраста.
— Дамы! — гаркнула я, налив очередную порцию благодушной старушке. — Выстраивайтесь в очередь! Не толкайтесь и не суйте пальцы в пунш, он от этого вкуснее не станет!
— Деточка, пусть он мне подаст, — указала бабушка на синеглазого ловеласа, источавшего сладкие, как напиток в чаше, улыбки институткам с белыми бантами.
