Привлекает внимание. – Приготовишь паэльо?
– И круассаны.
И ещё тысячу блюд, которые заказывают мужчины. Даже не перебиваю их. Выслушиваю все заказы. Словно пять лет они копили их, пока снова не встретились со мной.
Глупо получилось. Я сбежала, у них не было времени искать. А после увидели с каким-то мужчиной, и решили не бороться. Наверное, кого-то это должно задеть. Обидеть. А ещё постоянно припоминать, что так легко меня отпустили, так глупо.
Но мне уже двадцать пять, почти, и я взрослая. Недостаточно, чтобы просто решать все проблемы.
Но вполне, чтобы согласиться на отношения втроем. Довериться и попытаться.
Пять лет назад я бы никогда не согласилась. Хотела, желала, наслаждаясь воспоминаниями Новогодней ночи. Если бы первого числа они рванули за мной, вернули – я бы сама не была готова превращать это во что-то серьезное.
И мужчины тоже. Они ведь честно признались в том, что не рассматривали меня в качестве девушки на долгое время. Неприятно, но мне нравится. В плане, что они не пытаются мне врать.
Не выкручивают всё в свою сторону.
Было и было.
А теперь мы снова на одной кухне.
– Алекс! – вскрикиваю, когда кожи касаются мокрые руки. – Что ты делаешь?
– Помогаю с готовкой.
– Ты меня лапаешь, а не помогаешь.
– Прости, принцесса, я плохо готовлю. Делаю то, что умею.
И очень уверенно это делает. Касается тела под футболкой, кусает мочку уха. По всем моим слабостям проходится, чтобы меня накрыло теплой волной. Привычной, легкой, пробирающей до мурашек.
Я напоминаю себе глину, раз за разом таю в их руках.
А они лепят из меня всё, что угодно. Знают каждую точку, каждый винтик, который приводит к жару между ног.
– Сэм, скажи что-то ему.
– Я не наглый, как Алекс, но не скажу, что мне не нравится его способ готовки.
Разворачиваюсь в руках мужчины и целую. Сама прижимаюсь к горячим губам, наслаждаясь их мягкостью и как Алекс их прикусывает. А после, когда мужчина теряет бдительность, ловко выскальзываю, направляясь к окну.
Задергиваю шторы, чтобы солнце не накаляло воздух в квартире.
Для этого хватает Алекса и Сэма. Включаю кондиционер, подставляя лицо холодному потоку. Вспоминаю, как нужно дышать и что, вообще-то, я собиралась готовить. Даже если у мужчин другие планы.
– Вы же хотели паэлью, круассаны и салат с креветками.
– Тебя мы хотим больше.
– Вы как кролики.
И сама такая. Нимфомания в период обострения не так била по моему желанию, как они. И можно ведь списать на болезнь, как пыталась сделать раньше, но правда в другом.
