Он как можно любезнее улыбнулся девочке. Если ей разрешено так называть леди Брукхейвен, значит, она достаточно близко ее знает.
– Я добрый друг хозяйки дома, – приветливо сообщил Баскин. – Мы познакомились задолго до ее замужества.
Судя по всему, напрасно Баскин старался быть любезным.
– Я иногда подслушиваю под дверью, – сообщила девочка, ничуть не смущаясь. – Ваши стихи ужасно скучные. – Она состроила унылую мину. – Любовь – морковь, и больше ничего.
Баскин снисходительно усмехнулся, тщательно скрывая истинные чувства.
– В вашем нежном возрасте невозможно по достоинству оценить высокое искусство.
Девочка хмурилась и молчала. Баскин посчитал, что разговор окончен и пора уходить, но тут его пробил холодный пот, и он решил переспросить:
– Вы подслушиваете под дверью?
Девочка безразлично пожала плечами.
– Да. Если только от ваших стихов меня не тянет в сон.
Девочка не подавала никаких признаков того, что слышала его недавние пылкие признания, и у Баскина отлегло от сердца. И тогда его посетила одна занятная мысль.
– Подслушивая под дверью, можно много всего интересного узнать. Такого, что знать не следует.
Девочка ухмыльнулась.
– Я много всего знаю. Я знаю больше вас.
Баскин решил ее проверить.
– Я расскажу вам секрет, если вы расскажете мне свой.
Девочка поморщилась, почесала нос, а затем быстро кивнула.
– Идет. Что у вас за секрет?
Баскин спрятал руки за спиной.
– Вначале вы.
– Ну, я знаю, что наша соседка леди Барстоу спит со своей компаньонкой, – скривившись, сообщила девочка.
– Я слышала, как слуги переговаривались через садовую ограду.
Баскин от изумления приоткрыл рот. Вот это да! Леди Барстоу, состоятельная вдова, была далеко не глупа и хотя и вышла из, скажем так, артистической среды, сумела сохранить безупречную репутацию. Имея на вооружении такую информационную бомбу, сметливый парень, а Баскин считал себя именно таким, сможет найти способ пробиться в общество! Похоже, эта девочка действительно умела слушать.
Но, к счастью, против него, Баскина, у нее ничего не было.
Баскин пришел в самое благодушное расположение духа и, наклонившись, шепнул на ухо девочке:
– Я знаю, что ваша матушка, – Баскину не составило труда догадаться, кто эта девочка, – однажды запустила вазой в вашего отца, но случайно расколола каминную полку в своей спальне.
Девочка отпрянула."
"– Это ложь, – категорически заявила она, хотя в глазах ее читалось сомнение. – Моя мама обожала папу.
Баскин распрямился, безразлично пожав плечами.
– Как скажете.
