Такие девушки нравились многим, и они искренне не понимали, на что я вообще рассчитывала с Леваковым. Собственно, ни на что я особо и не рассчитывала, не такая уж я и мечтательница, розовых очков не носила. Увлечение Антоном было моим личным выбором.
К моему удивлению, Леваков вел себя достойно и никогда не хамил. Он будто принимал как должное мое внимание, а порой даже ответно дарил его. Однажды в пустой столовой я поскользнулась и перевернула поднос. Присев на корточки, я начала собирать с пола осколки, но вместо благодарности от уборщицы получила упрек, мол, как достали эти студенты.
Меня это несколько задело, внутри неприятно кольнуло. Вдруг откуда-то появился Антон и жестко ответил грубой тетке. Он схватил меня за руку, поднял на ноги и усадил за стул, а потом даже принес компот и пирожное. Этот его поступок настолько отложился в памяти, что я невольно поддалась желанию стать еще ближе к парню мечты.
Я была убеждена, что он в какой-то степени хорошо относился ко мне. Ведь за человека говорят поступки, а Леваков совсем недавно помог мне на улице, когда у меня разлетелись листовки из-за парня на самокате, и потом даже угостил мороженым.
В тот день фраза «на седьмом небе от счастья» приобрела для меня смысл.
Однако, оказывается, реальность бывает жестокой. Я почему-то верила, что если я сама честная и открытая, то и все такие. Увы, я заблуждалась.
Первым ударом стал провал на региональной конференции, куда меня практически силой запихнула мать. Она хвасталась подругам, какая ее дочь умница, смогла пробиться на ступень выше.
За первое место выделяли грант на обучение в трех зарубежных вузах на выбор, это было хорошей возможностью вырваться подальше отсюда. Вот только я не жаждала дурацкой победы. Когда назвали призеров, глаза матери вмиг потухли. Она просто встала и молча вышла из актового зала, ничего не сказав, хотя я попала в пятерку лучших докладчиков. От ее поступка сделалось тошно.
Меня поздравляли все: учителя, другие участники конференции и даже Дима, которого я обошла на одно место, а родная мама посчитала мое достижение позором.
От такой несправедливости начали душить слезы. Я убежала в туалет, благо людей в это время почти не было, и уселась на подоконник, вытащив доклад, который долго и упорно готовила к конкурсу. Руки дрожали, из-за чего бумажки рассыпались по полу, подобно осенним листьям, подхваченным порывом ветра. И именно в этот момент моей беспомощности в туалет вошел Антон с друзьями.
