Я крутанула в ладонях бутылочку и подняла на парня несчастные глаза:
- А что делать карте, когда она будет бита?"
"- Анастасия! - Ром наконец сорвался, показывая свое истинное отношение к происходящему - он волновался. Волновался так, что руки неосознанно искали себе занятие: теребили ключи, чехол кресла, стопку бумаг на панели управления...
- Давай я попробую все объяснить еще раз? Ладно?
- Хорошо.
Я мило улыбнулась. Он, выдохнув, начал все сначала.
- Тебе предлагается работа с полным пансионом... Проживание в приличном доме, отдельная комната со всеми удобствами, новый гардероб, возможность учиться и достойная оплата.
- И?
- Что 'и'?
- От меня - то что требуется в ответ на столь щедрое предложение?
- От тебя требуется жить в доме, соблюдать все заведенные правила и сопровождать на различные мероприятия нас с братьями.
- Хм, а профессионалки в городе уже закончились?
- Нам не нужны профессионалки, нам нужна ты!
- А вот в этом месте поподробнее! - Я встряхнула 'хвостом' и пригладила выбившиеся из прически прядки - В том кафе, где мы ужинали, было по крайней мере пять девчонок моложе и симпатичнее меня.
И все они наверняка ухватятся двумя руками за подобное предложение!
Ром вздохнул и нервным движением взъерошил волосы:
- У них у всех есть большой недостаток - они местные.
- Без проблем! Уже с неделю в городе толчется целая толпа абитуриенток разной степени глупости из самых глухих уголков страны.
- Настя! - в его голосе слышалась странная смесь умоляющих и повелительных ноток.
- Нам нужна ты!
- Не сдвинусь с места, пока не объяснишь, почему именно я!
- А как насчет сумки в моем багажнике? - вкрадчиво спросил Ром.
Сердце екнуло, и сильно застучало в груди, но я не подала виду и постаралась сохранить лицо. Лениво отмахнулась:
- Тем, что там лежит, вполне можно мыть пол. Так что это не катит!
Вздохнув еще раз, Ром сказал:
- Настя, я не могу все рассказать тебе здесь, - и он выразительно обвел взглядом уютный салон и непроглядную темень за окном - Поехали со мной, в наш дом, и я клянусь, что у тебя будет три дня на размышление.
Пока он говорил, до меня дошло, что я сижу ночью, в лесу с незнакомым мужчиной, который гораздо сильнее меня. И может делать все что пожелает: продать в рабство, изнасиловать или просто убить.
Испугалась я так, что руки заледенели в один миг. В горле встал сухой комок, а в голове всплыли воспоминания о неоднократно слышанных и читаных историях о маньяках, сутенерах и прочих ужасах.
