Бирюзово-синие стеклянные панели, огромные чугунные казаны и начищенные медные кастрюли. Продукты парни сгружали в феерических размеров холодильник. Филипп, наблюдавший за процессом, предложил мне подкрепиться. Я ограничилась стаканом сока. Мы с дворецким мило поболтали о качестве продуктов, а потом я сбежала в кабинет, что полистать странички в электронной библиотеке.
Вечером разразился скандал. Когда мужчины вернулись, меня никто не поцеловал. Все прошли в альков, сели, и хмурый Вик поинтересовался, где мы с Евгением болтались три часа?"
"Я так расстроилась, что до меня не сразу дошла суть вопроса.
А когда дошла, я не знала что делать: кричать или смеяться. Тихо, почти шепотом сказала:
- Сегодня я с водителем и охранником ездила в магазин. Если вы мне не доверяете, это легко проверить по чеку, там указано время.
- Настя, постой! - Вик поднял руку, а я вдруг поняла, что плачу. Злые соленые слезы ползут по щекам и капают на колени - Мы не хотели тебя обидеть. Водитель сообщил, что вы отсутствовали три часа, вернулись без покупок, и Евгений очень устал.
Я вскочила и обвела троих мужчин гневным взглядом:
- Значит, водитель доложил? Вот как. Выходит, вы мне не доверяете? А как же свобода выбора, передвижения и прочее? - я презрительно сморщила нос. - Суд устроили, значит? - Слезы все текли и текли не останавливаясь, но я их не замечала. - Хотите знать, что мы делали столько времени в магазине - спросите у Евгения. Пусть сам о себе докладывает!
Развернувшись и громко топая, я убежала в свою комнату, не желая слушать, что кричат мне вслед.
Меня колотило от злости и разочарования. Поверила, глупая девчонка!
Поверила, что тебя любят, заботятся. А на деле ты здесь стала игрушкой: забавная, удобная и охраняемая!
Я ревела, пока не уснула и. наверное, даже во сне всхлипывала от жалости к себе. А проснулась от голода.
Живот бурчал и требовал компенсации пропущенного обеда и проплаканного ужина. Накинув халат, я решила совершить набег на территорию Филиппа.
Хорошо, что двери не скрипят, и в коридоре горят ночники! Спускаясь по лестнице, я ступала мягко-мягко. Окна холла были открыты. Ночной ветерок шевелил занавески, изредка коротко взлаивала сторожевая собака…
Войдя в кухню, я не стала трогать выключатель: холодильник был хорошо виден в лунном свете. Занырнув в его недра, я сразу захрустела соленым огурчиком и не слышала, что творилось за спиной. А когда повернулась поставить на стол миску с салатом - вздрогнула.
