А если вы спрашиваете моего благословения, то я вам его даю.
Я знаю, что он в свои выходные ездил к нам домой, мама мне призналась. Так что я примерно чего-то такого и ждала. Разве что не так скоро.
— Надеюсь, мы с тобой подружимся, — выдыхает явно повеселевший Григорий.
— Если не будете пытаться стать моим папочкой, то вполне, — киваю я.
— Не буду, — обещает будущий отчим.
Мама приезжает раньше чем планировала. Анна встречает ее тепло, они с Григорием в один голос меня расхваливают. А я собираюсь домой.
— Не спеши, Ангелина, Геннадий Сергеевич днем будет ехать в город, он тебя отвезет, — предлагает Анна, но я вежливо отказываюсь.
— Спасибо, я пойду. Хочу прогуляться, засиделась.
Ясно даю понять, что эти две недели фактически безвылазно просидела в особняке. Воздухом дышала или с балкона, или с террасы.
Мама сбивчиво объясняет, что ей надо пробыть здесь подольше, называет выдуманную причину, но я ее перебиваю, приобняв за плечи.
— Мам, я все знаю. Твой Григорий уже попросил у меня твоей руки.
И я согласилась.
И пока пунцовая от счастья мама рассказывает, какой замечательный человек ее будущий муж, ловлю себя на том, что внутренне радуюсь. Значит, она не приедет через две недели, и мне не придется объяснять, почему я не ночую дома."
"У нас с Карениным договоренность на месяц, и теперь у меня появилась робкая надежда, что о ней никто не узнает.
Домой решаю ехать на электричке, на станцию иду той же дорогой, по которой пришла сюда. Интересно посмотреть, высохла ли лужа. И эмоции вспомнить, пусть они тогда были не самые приятные.
Зато такие яркие…
А если лужа высохла, узнаю ли я то место?
Но волнуюсь я зря, не узнать его шансов нет никаких. Еще издали замечаю знакомую черную машину, возле которой на траве с травинкой во рту сидит Каренин.
— Что ты здесь делаешь? — спрашиваю ошалело, подходя ближе.
— Угадай, — Демьян щурится, глядя снизу вверх. А меня затапливает отчаянно рвущимся наружу ликованием.
Прикладываю огромные усилия, чтобы сдержать его и никак себя не выдать.
— Только не говори, что ты приехал за мной.
— Умница моя, — продолжает щуриться с ухмылкой.
— Зачем, Демьян?
— Чтобы тебя отвезти. Ты сегодня выходишь на работу, забыла?
— Мне сначала нужно заехать домой.
— Зачем?
— Взять вещи. Просто отдохнуть. Душ принять.
— Душ и у меня есть. Вещи соберешь, я тебя отвезу, а сам уеду по делам. И можешь отдыхать сколько влезет, — Демьян поднимается с травы, отряхивает джинсы и открывает передо мной дверцу.
— Садись.
