Шевелись быстрее, Заучка. Нам еще контракт подписывать.
— Какой контракт? — недоумеваю.
— Какой, какой… — качает головой Демьян, — трудовой. Ты же у меня работать будешь, вот мы там все и пропишем.
— Что пропишем?
— Твою заработную плату, условия работы. И что я обязуюсь тебя не домогаться, — отвечает Демьян уже серьезно. Заметив, как я покраснела, продолжает. — Я же ясно сказал, Ангелина, я больше тебя не хочу.
Он повторяет это не в первый раз, и неприятно осознавать, что меня это задевает. Конечно я не собираюсь навязывать себя Демьяну, но и оттого, что я ему больше неинтересна, внутри царапает.
Чтобы отвлечься, смотрю на почти полностью высохшую лужу. Если бы я сейчас шла к Вишневским, а Демьян ехал навстречу, то он просто проехал бы мимо. И внимания бы не обратил.
Защелкиваю ремень безопасности, Демьян заводит двигатель и трогается с места. До города долетаем быстро, Каренин привозит меня на нашу с мамой квартиру. Мои клятвенные заверения приехать на такси через три часа игнорирует, садится на лавочку возле подъезда и демонстративно утыкается в телефон.
Хожу по дому, собираю вещи, а мысли все равно кружатся вокруг Демьяна. Не получается о нем не думать. Не верю, что у Каренина проблема с массажистом. Или с прислугой. Но он и правда перестал любой разговор сводить к сексу.
Выходит, и правда перегорел? И как мне к этому относиться?
Интересно, что будет, если я не выйду через час, два или три? Может проверить? Лечь спать, например?
В шкафу натыкаюсь на аккуратно сложенную рубашку.
Я так и не успела ее передать мажористому засранцу, вот теперь будет повод.
Много вещей с собой не беру. Я же не в изоляции буду, в любой момент смогу приехать домой. Выхожу с сумкой из подъезда, Демьян втыкает в телефон. При виде меня поднимается, молча забирает сумку.
Я думала, начнет возмущаться, что я долго возилась, но он молчит. Забрасывает сумку на заднее сиденье, садимся в машину и уже через пятнадцать минут подъезжаем к новому жилому комплексу, который в городе считается самым дорогим.
Я в нем никогда не была, не представляю даже, как здесь выглядят квартиры. Демьян кивает на дверь, но в проходе все же пропускает вперед. Поднимаемся лифтом на двадцать четвертый этаж, Каренин распахивает передо мной дверь квартиры.
— Давай, проходи, это твое новое жилище на ближайший месяц.
— А у нашего контракта будет прописана возможность расторжения в одностороннем порядке? — спрашиваю, переступая порог.
— Разве что с немереными штрафами, — хмыкает Каренин.
