Жутко неудобные перчатки, конечно, мешали, но это ничего. Мелочи. Главное, что на лице морана отсутствовали явные признаки смерти, которые я видела во сне. Да, он был бледен, но не более, чем обычно. Его глаза закрылись, но дышал повелитель ровно. Без хрипов. И непохоже было, что он испытывает сильную боль.
Правда, рана на его боку мне совсем не понравилась – узкая, глубокая, словно ее нанесли не когтем, а стилетом. И уже почти не кровоточащая, будто лежащий в беспамятстве моран и без моей помощи прекрасно с ней справился.
Плохо было другое – из раны медленно сочилась похожая на черный дымок и источающая знакомый запашок Смерти субстанция, от одного вида которой меня передернуло. И там, где она касалась перчаток, постепенно образовывались глубокие трещины, а местами и язвы, как если бы материализованная Смерть медленно разъедала толстую кожу.
– Шить здесь не придется, – внезапно раздался у меня над головой голос Раалу, и на диван упала стопка чистых тряпиц, а на подлокотник со стуком опустилась большая миска с водой.
– Таалу справится. Он стойкий. Но трещину в сосуде надо закрыть, пока его энергия не растеклась по всей округе.
Я глянула на диван, на котором стала так же медленно и постепенно истлевать новенькая обивка, и поежилась. А потом опустила взгляд на пол, где тоже начали появляться мелкие щербинки, затем – на собственное платье, в котором на удивление не появилось ни одной лишней дырки, и… неожиданно сообразила, что надо делать.
– Ты что творишь?! – с отвращением бросил Раалу, когда я торопливо задрала подол и оторвала от нижней юбки приличный лоскут. – Думаешь, его сейчас заинтересуют твои прелести?!
Я торопливо смочила водой принесенную им тряпицу, сноровисто отерла окровавленную кожу, а потом приложила сверху оторванный от платья кусок и сухо велела:
– Подержи.
Пока озадаченный моран соображал, с какого перепуга я вдруг начала ему нагло тыкать, я решительно цапнула Раалу за рукав и, заставив опуститься на колени, силком прижала его ладонь к ране.
К счастью, моран быстро сообразил, что платье – это единственная вещь, которая не разваливалась на глазах, коснувшись истекающей из владыки энергии. А потом уже без лишних слов повиновался, когда я оторвала от подола еще один лоскут и потребовала, чтобы Раалу подержал брата, пока я его осторожно перевязывала.
