В общем-то ничего странного в этом не было, ведь платье изначально и создавалось, чтобы защитить невесту повелителя от него самого, но в данной ситуации оно сыграло роль обычной «заплатки», благодаря которой Смерть наконец перестала просачиваться наружу, и я смогла облегченно вздохнуть.
– Сможешь принести такую же ткань, только посвежее? – спросила, когда стало ясно, что угроза миновала.
Раалу заторможенно кивнул.
– Тогда иди. Заодно скажи Риату или кто там еще есть поблизости, что надо бы людей послать в городище.
Там много ваших осталось… и им тоже нужна помощь. А в заваленных коридорах прячутся дети. Надо бы их вытащить, пока родители с ума не сошли."
"Моран окинул меня совсем странным взглядом и послушно поднялся. Но, прежде чем уйти, неохотно признал:
– Я был не прав – от тебя все-таки есть польза. И Таалу не зря пытался сохранить тебе жизнь. Но сегодня демоны напали сразу, как только мы появились в городище, и мне это очень не нравится.
Я не мог этого предвидеть. Не успел оттолкнуть брата, когда твари напали сверху. Именно поэтому повелитель сегодня упал. Да, его рана неопасна для жизни, и на этот раз Таалу не погибнет. Но когда сосуд теряет прочность, живущая в нем Смерть становится нестабильной. Каждая трещина – это дополнительный риск… И чтобы его избежать, брат должен был сбросить куда-то остатки силы. Освободиться от этой ноши хотя бы наполовину.
Он всегда так делает, разделяя ее на нас двоих.
Я озадаченно замерла, а моран тяжело вздохнул:
– Обычно излишки забираю я, потому что мой сосуд почти так же крепок, как у брата. Я – его щит. Его тыл. И именно по мне бьет откат, если повелитель теряет над собой контроль. Так, как произошло сегодня.
– Что ты хочешь этим сказать? – насторожилась я.
– Нельзя остановить сошедшую с гор лавину, подставляя колышки под отдельные камни… Смерть признает только равных, ведьма.
Поэтому, чтобы уберечь тебя, Таалу пришлось забрать у меня излишки. Взять все на себя и противостоять Смерти в одиночку. Но для поврежденного сосуда это опасно, потому что каждый новый всплеск его разрушает. А значит, рана Таалу гораздо больше, чем ты можешь себе представить. И та трещина, невольной причиной которой был я, из-за тебя стала намного глубже.
У меня похолодели руки.
