— Извинения приняты, детка, — ворчливо добавил Закери. — Никто не понес ущерба…
Его перебил Хантер:
— Это зависит от того, что считать ущербом.
Никто не пожелал отвечать на эту реплику и меньше всех Тиффани. Все решили, он имеет в виду собственное возмущение ее обманом, но Тиффани опасалась, что он говорит о том, что произошло между ними в доме Калеба. Если он ударится в благородство и расскажет ее отцу…
Остановившись за ее спиной, Хантер уронил на тарелку Тиффани письмо от ее матери, прежде чем проследовать дальше и усесться за стол напротив нее.
Тиффани смотрела на письмо, борясь с соблазном вскрыть его и догадываясь, о чем там говорится. Ее выдержки хватило ненадолго.
«Ты что, лишилась рассудка? — гласили первые слова. — Неужели ты не понимаешь, как обидится отец, если узнает, что ты предпочла остановиться во вражеском лагере, а не в его доме?!»
Она не стала читать дальше и быстро засунула листочки назад в конверт.
— Плохие новости? — поинтересовался Хантер, наблюдавший за ней.
Она бросила на него взгляд.
— Нет… просто у моей матери немного вспыльчивый характер.
— Немного? — с легкой ухмылкой уточнил он.
— Ага, это вулкан в бриджах, — вставил Закери, подтвердив слова Фрэнка.
Тиффани удивленно моргнула, посмотрев на старшего Каллахана.
— Моя мама носила бриджи?
Ответил отец:
— Иногда, когда ездила верхом.
— Она была в них, когда явилась на мое ранчо и заявила, что я должен женить моего сына на вас, — добавил Закери. — Сказала, что пристрелит меня, если не соглашусь на перемирие до того момента.
— Не знал, что она угрожала тебе, — заметил Фрэнк."
"— Он преувеличивает, — вмешалась Мэри. — Может, она и сказала что то в этом роде, но уже после того как он согласился на этот брак.
— Потому что меня уговорила ты, — напомнил ей Закери.
— Это была хорошая идея, — стояла на своем Мэри.
— Но видимо, она не слишком доверяла твоему слову, иначе не уехала бы отсюда, — холодно сказал Фрэнк.
— Хорошенькое дело, — взвился Закери. — Теперь ты взваливаешь на нас вину еще и за это?
— Я бы попросила, — с подчеркнутым неодобрением вмешалась Тиффани и даже постучала вилкой по пустому бокалу на тот случай, если не все услышали, — придерживаться за столом взаимной вежливости.
Мой отец ошибается. Как ни печально это признать, мы не знаем, почему моя мама уехала из Монтаны, — сказала она, а затем резко сменила тему, обратившись к Хантеру: — Думаю, через день два к вам на ранчо доставят еще одно письмо.
