Сдержав улыбку, она подсказала:
— Ваш отец?
— Он хочет… — начал Коул, но замолк, все еще потрясенный ее видом. — Я никогда не видел такой хорошенькой девушки, как вы, — брякнул он, залившись густым румянцем. — Извините. Па хочет с вами поговорить. Он послал меня за вами.
— Разумеется. Пойдемте.
Коул кивнул, все еще пламенея румянцем.
Тиффани последовала за ним, даже не пытаясь угнаться за его размашистым шагом. Но он ушел недалеко, остановившись у входной двери, и распахнул ее в ожидании, пока Тиффани приблизится.
Он ведет ее наружу? Тиффани озадаченно нахмурилась, но Коул указал на дальний конец веранды, где сидел немолодой джентльмен, одетый как ковбой. Видимо, это и был хозяин ранчо, отец ее жениха.
— Я только что приехал, — сообщил тот, когда Тиффани медленно подошла. — И был приятно удивлен, что мои парни успешно справились со своей задачей. Меня зовут Закери Каллахан. А вас?
Внезапно Тиффани так занервничала, что не сразу вспомнила имя, которое собиралась использовать. Это худший враг ее отца, осознала она, и ее враг тоже.
Она может не любить своего отца, но любит остальных членов своей семьи. И этот человек может положить конец вражде между ними, если пожелает. Должно быть, он не чужд этой идее, иначе не согласился бы на этот брак. Так как зовут эту экономку?
— Дженнифер Флеминг, — выпалила она наконец.
Закери, казалось, не заметил ее нервозности. Он указал на свободный стул. Тиффани отметила, что он мог бы встать, чтобы поприветствовать даму, но, очевидно, это не распространялось на слуг.
Она не стала садиться, поскольку сиденье было покрыто толстым слоем пыли, а дым сигары, которую он курил, относило прямо к этому стулу.
На вид ему было лет пятьдесят, хотя волосы оставались угольно черными. От уголков темно карих глаз расходились лучики морщин. Роуз называла их смешливыми. Обычно они свидетельствовали о добродушном нраве. И он был довольно красив, как и следовало ожидать. Об этом говорила Роуз, и Тиффани уже получила подтверждение ее слов в лице двух его сыновей.
Она подавила нервозность, напомнив себе о роли, которую собиралась сыграть.
— Если не возражаете, я хотела бы знать, почему уволилась ваша прежняя экономка.
— У нас никогда не было экономии, но мы лишились повара, поэтому чертовски рады, что вы здесь. Вы не намерены садиться?
Тиффани хотела опровергнуть его убеждение, что она заменит повара, но не решилась.
— Надеюсь, вы не обидитесь, сэр, но я не выношу запаха дыма, — только и сказала она.
— Нисколько.
