– Знаю, ты очень огорчена, и сама удивилась, когда он запретил вам жить в одной комнате. Но, может, это к лучшему, Беттина. Райан уверен, что разлука поможет Тристану понять, как он несправедлив к тебе. Вчера мы с Райаном говорили об этом.
– Тристан и я тоже все обсудили, мама. Он не женится на мне, боится потерять свободу, но просил остаться на острове. К чему нам обеты? Мы и так свободны!
– Но он в любую минуту может бросить тебя!
– В подобных случаях брак не помеха.
– О нет, мужчина чувствует ответственность по отношению к жене, – не согласилась Жоссель.
– Знаю. Тристан против брака, и заставить его невозможно. Но я люблю его, мама, и хочу остаться с ним.
– Значит, наконец ты это признала. Я давно все поняла, еще когда ты клялась в ненависти к нему, – понимающе кивнула Жоссель.
– Может, я и не любила его тогда, но теперь уверена в своих чувствах. Ты поговоришь с Кейси? – с надеждой спросила Беттина. – Я не хочу разлуки. Прошла всего одна ночь, но мне так не хватает Тристана! Не могу без него! И кроме того, мне необходимо увериться, что я нужна Тристану даже в таком виде.
– Конечно, поговорю, как только мы останемся вдвоем, – согласилась Жоссель и, поднявшись, нежно обняла дочь.
– Но если Райан не передумает, все равно не теряй надежды, Беттина. Я думаю, ты недооцениваешь ту власть, которую имеешь над Тристаном."
"Вечером Беттина сошла к ужину с тяжелым сердцем. Днем Жоссель успела передать ее просьбу Кейси, но тот был непоколебим в уверенности, что в разлуке у Тристана будет время обдумать и согласиться на брак.
Беттина отнюдь не разделяла мнения отца, и вот теперь приходилось объяснять Тристану, что матери не удалось изменить решение Кейси.
Хотя Беттина намеренно старалась есть как можно медленнее, время, казалось, летело, и наконец минута, которой она так боялась, настала: Жоссель увела Кейси наверх и сделала Мадлен знак уйти. Беттина знала – молчать больше нельзя. Что скажет Тристан? Снова придет в ярость?!
Встав из-за стола, она подошла к дивану – очень болели спина и ноги.
Тристан тут же последовал за девушкой и, взяв ее за руку, тихо спросил:
– Твоя мать говорила с Кейси?
– Да.
– И что же?
Беттина глубоко вздохнула.
– Он не передумал, Тристан, наоборот: по какой-то причине ожидает, что именно ты изменишь решение.
– Тогда ты не подчинишься ему! – спокойно объявил Тристан, хотя Беттина знала – это приказ. Но Тристан тут же добавил: – Ты достаточно взрослая женщина, Беттина, и можешь поступать, как считаешь нужным.
