Раздевайся, да побыстрее.
– Ни за что! Не позволю запугать меня! – негодующе воскликнула Беттина.
– Предпочитаешь, чтобы твое единственное платье было разорвано в клочья? – медовым голосом осведомился Тристан.
– Ненавижу тебя! – охнула девушка, но пришлось подчиниться.
Краснея от стыда, она стоически выдержала жадный взгляд пирата.
– Если я должна терпеть такие унижения, Тристан, пусть по крайней мере это произойдет в темноте.
– Тебе нечего скрывать, малышка!
– Пожалуйста!
– Нет! – резко ответил он.
– Вы беспричинно жестоки, месье.
– Можешь думать что хочешь, но останься ты со мной навсегда, поверь, изменила бы мнение обо мне. И ждала бы только одного – моих ласк и объятий. А кроме того, хотя в первый раз ты не испытала наслаждения, все же не можешь отрицать – я тебе не противен.
– Ты… Ты сошел с ума! От твоих прикосновений меня тошнит!
– Ты хотела убить меня за обман, Беттина, но сейчас сама говоришь неправду. Хочешь докажу?
И, не ожидая ответа, Тристан схватил ее за талию и притянул к себе, пока кончик округлой груди не коснулся его полураскрытых губ.
Охнув от ужаса, Беттина уперлась руками в его плечи, пытаясь отстраниться. Но стальные руки все сильнее сжимали ее талию, пока девушка не замерла. Губы Тристана накрыли кончик другой груди, зажигая бушующий, пожиравший душу Беттины огонь. Но Тристан не отпускал девушку, лаская, целуя, чуть покусывая упругую плоть, пока Беттина не почувствовала, что вот-вот умрет от наслаждения.
Дрожь пробегала по обнаженному горевшему телу, Беттина ждала, ждала, ждала… сама не зная чего.
Но тут Тристан поднял голову.
Девушка поняла, что это означает, и в ужасе прикрыла глаза. Тристан встал и начал срывать с себя одежду. Он сказал, что она не испытала истинного наслаждения. Неужели это правда? И как будет на этот раз? Откуда он знает, что ощущает Беттина? Нет… пират лжет, она просто не сможет перенести такого – слишком велико унижение, особенно если он будет знать, что подарил ей наслаждение. Если она не в силах сопротивляться, по крайней мере может оставаться холодной в его объятиях.
"
"Подняв девушку, Тристан отнес ее в постель, и сам лег рядом. Губы их встретились. Он целовал ее жадно, отчаянно, требуя ответной страсти, на которую Беттина не была способна. Девушка лихорадочно пыталась найти способ рассердить Тристана тем, чтобы унизительное испытание быстро закончилось.
Рука, ласкавшая грудь, легла на живот и поползла ниже.
– Тристан! – возмущенно вскрикнула она.
