— Разве ты не хочешь меня? — она откинулась назад, упираясь в землю локтями и провокационно раздвинув ноги.
Переярок задохнулся, ощущая, как его, и до этого возбужденный орган, становится еще крепче и больше.
— Ты меня хочешь, — констатировала женщина, — а твой зверь — нет. Если бы вы были одним целым, то ваши желания совпадали бы. Чтобы твоя жизнь была беспроблемной, кто-то один должен взять ответственность на себя и думать за двоих. Думай, кто из вас главный — ты или он. У зверя только инстинкты, а у тебя есть еще разум.
Как можно думать, если перед ним — стоит только руку протянуть — приглашающая разделить с ней удовольствие самка? Если Грис не хочет, это его проблемы.
И с того дня переярок незаметно для себя принялся давить на зверя, подчеркивать, что именно он, Кирилл, из них двоих — главный, именно он, Кирилл, делает выводы и принимает решения.
А Геля поддерживала его стремление подчинить волка, и время от времени, высмеивала при Кирилле неудачников.
— Наверное, Борис ведомый, что его зверь ему велит, то и делает, а откуда зверю знать, как лучше? Вот, послушался волка, купил рассохшуюся лодку, конопать — не конопать, все равно — течет.
— Смотри, Васильева перевели с должности помощника Владимира в обычные сотрудники. Наверное, тоже не сам думал, а волка спрашивал, вот и не справился с работой.
Капля камень долбит, а тут еще гормоны, плотские радости — повелся, поверил, запомнил.
Чем для молодого волка закончились бы эти отношения, сказать сложно. Но во время Гона произошло несчастье.
Почему Максим и Ангелина ушли за пределы территории клана, никто не знает. Старшие говорили, что от страсти волки потеряли бдительность. Оба погибли от пуль обычных охотников — бегали волками и нарвались на облаву. Трагическая случайность.
После смерти оборотень остается таким, в каком виде умер. Иными словами, если он гибнет в человеческой ипостаси, все видят умершего человека. Если в звериной — волка.
О гибели сородичей стало известно быстро, отец Кира тогда выложил охотникам баснословную сумму за два волчьих тела.
— Да, ты, мужик, шкуры сними и забирай только их, — советовал ловкий стрелок. — Зачем ты все-то тащишь? Хочешь, помогу освежевать?
Волки охраны дружно двинулись, воздух дрогнул от еле сдерживаемой ярости.
— Тише, — Роман остановил мужчин, и пояснил охотнику. — Нам целиком надо, дома снимем шкуры.
— А, так, вы фотографироваться хотите, типа, трофеи! — просиял мужик. — Возьмите еще нескольких, несолидно как-то — всего два.
