— Ладно, я отдышалась, пошла на последний круг, — встала баба Маша. — Ты собирай вещи-то! А ботинки что отложила?
— Куда я в них в деревне? Может, подарите кому?
Баба Маша покосилась на модную обувку, помолчала, размышляя, и вынесла вердикт:
— Не оставляй! Ничего своего не оставляй! Ботинки приметные, здесь такие не купишь. Сама говорила — муж богатый, искать станет. Мало ли… Жизнь учит, что ничем нельзя пренебрегать. Вот как только отмахнешься, мол, такого не может быть! А жизнь тебе — «может, еще как, может»! И бабах прямо по темечку! Так что, увязывай все, а я побежала.
Еще продуктов прикуплю и мы готовы. Эх, жаль, Найда так и не оправилась, а заниматься ею пока некогда. Ладно, авось, дотерпит до моего возвращения. Напоим водкой, еще чесночку туда добавлю, и все как рукой снимет. Проверенное средство! — хозяйка озабоченно покачала головой и вышла за двери.
Выехали не в два, как собирались сначала, почти в четыре.
Мирон, немногословный мужик, помог загрузить в машину узлы и коробки, мельком глянул на Татьяну и буркнул:
— А Галька-то, теть Маш, совсем не изменилась! Только выросла, конечно.
Бледная чего такая? Не болеешь?
— Нет, — удивилась Таня и вспомнила, что хозяйка говорила о дочери. — Я же на Севере живу, где там загорать, если полгода — Полярная ночь?
— А, это да, — легко согласился Мирон. — Тогда правильно, что к Настасье едешь, у нее все свое, свежее. Воздух там и солнца завались. На молоке за месяц румяная станешь, а на огороде повозишься — загар будет, куда там курортам! Ну, садитесь, красавицы, мне до семи вернуться надо.
Машина у соседа оказалась та еще: дребезжало все — двери, стекла, что-то под днищем и время от времени на особенно качественной яме хищно хлопал багажник.
Мирон вперед почти не смотрел, обмениваясь с соседкой взглядами на урожай, последними новостями и сожалениями, что «Верка совсем с ума сошла, да и Серега недалеко ушел».
Скорость при этом была такая вполне ничего себе и как жертва отечественного автопрома, отечественных же дорог и автосервиса еще не развалилась, можно было только удивляться.
Немногие пешеходы, ловко уворачивались от громыхающего средства передвижения и продолжали путь, как ни в чем не бывало.
Наконец, Никишино осталось позади, и с полчаса машина шла по почти нормальному шоссе. Правда, на полотне кое-где виднелись следы «квадратно-гнездового ремонта», но по сравнению с райцентром, эта дорога была похожа на дорогу, а не направление.
Затем свернули к строениям, проехали мимо кучки домов.
