Вот, построим коровник, дорогу проложим, себе дома поднимем — и заживём.
— Нужное дело, — кивнул довольный доплатой водитель. — Что надо будет привезти, мне напрямую звоните, я, завсегда, со всем удовольствием! Вот, держи телефончик!
Наконец, грузовик уехал, морозильник и остальные покупки затащили внутрь, и волки расселись вокруг стола.
Руслан, Роман и Стася с аппетитом уписывали ужин, а Таня и Матвей, сидели и слушали рассказ о поездке в областной центр.
— Рома, — вспомнил Мэтт. — Амиро приказал жить долго и счастливо.
— Да, ну? — поразился волк. — Что случилось?
— Совесть заела.
— А! Ну, хорошие новости. Татьяна, мы с тобой, теперь — совсем свободны!"
"— Ты-то, да. Почти свободен, — Таня покосилась на Стасю, улыбнулась и погладила свой живот. — А я — занята. На всю жизнь занята!
— Я имею в виду — можем не опасаться преследования со стороны Квебека, — пояснил Роман.
— Амиро нет, но есть Алексис. А она скоро не успокоится.
— Не жалеешь, что так вышло с инсценировкой твоей гибели? — осторожно спросил Роман.
— Ставили спектакль для Амиро, а зацепило Демина. Если что, еще не поздно отыграть назад, мы же не знали, что Амиро больше не опасен, правда, гипотетически, его дочь может натравить на тебя своего мужа, но она слабая.
— Жалею, что Грису пришлось пройти через горе потери детей, по мне бы он так не убивался. Но не жалею, что, благодаря удачной инсценировке, мы можем просто жить. Меня, теперь, никто не ищет, и никто детей не отберет. Я его боюсь, Рэм. С односторонней меткой я почти его рабыня, поэтому, когда ослушалась и убежала, альфа искал, чтобы наказать.
Про мою беременность, как ты нам рассказал, ему зачем-то Амиро поведал. Так что, он узнал о щенности всего несколько дней назад, живота моего не касался и еще не понял толком, что станет отцом.
— Ты бы желала ему смерти?
Волки бросили жевать и уставились на женщину, ожидая реакции.
— Нет, что ты. Я желаю ему счастья, — спокойно ответила Татьяна. — Найдет еще кого-нибудь, заведет новую избранную, если, истинная ему не встретится, и все у него будет хорошо.
— Не простишь?
— Как? — женщина устало прикрыла глаза, потом выпрямилась и спокойно посмотрела на соплеменников. — Всё время, пока слушала кошачьи вопли, доносившиеся из моего дома, когда он Алексис ублажал, я умирала каждый день. — Татьяна передернулась. — Знаете, каково это? Право, лучше бы убил, хоть, сразу отмучилась бы. Но, когда я узнала, что беременна, у меня появился стимул жить. Жить, во что бы то ни стало.
