Повезло, что на моем пути встретились баба Маша и тетя Наста, Руслан и Стася и вы, Роман и Матвей. Я и мои дети живы, благодаря вам, и вопреки бывшему мужу.
— Всё пройдет, пройдет и это, — тихо проговорил Матвей. — Ты родишь, обретешь счастье в детях.
— Да, щенки, сын и дочка — самое для меня дорогое и важное. Может быть, со временем, я смогу простить их отца, но забыть и вернуться? — Татьяна выпрямилась. — Я сообщу ему, когда снова стану свободной, что жива и дети родились. Если он захочет их видеть — препятствовать не стану.
Кстати, Матвей, раз непосредственной опасности больше нет, можно мне съездить, повидать Настасью и бабу Машу? Если бы не они, вам и спасать некого было бы.
— Конечно. Хочешь, завтра сам тебя отвезу? — предложил Матвей. — И, волки, надо пополнять автопарк. Чтобы не зависеть от одной машины, придется купить каждому по своему автомобилю. Таня, ты водить умеешь?
— Нет.
— Научим. О, Станислава-то у нас совсем спит.
— Я отнесу, — подорвался Роман. (4b74)
— Да, отнеси, я раздену, — встала Татьяна.
— Давайте, расходиться. Уложу Стасю и приду, посуду помою.
— Не надо, я сам помою, — огорошил Матвей. — Доброй ночи, стая!
— Тёмной ночи, альфа!
Глава 22
За делами дни летели, как на ковре-самолете.
Таня вспоминала любимую книжку и немного жалела, что нет у нее волшебной лампы и джина, который мог бы исполнить несколько заветных желаний.
Если бы были живы ее родители! Маму она совсем не помнила, а отец никогда бы не позволил обращаться с ней так, как поступил Дёмин.
Волки мотались по району, дом отремонтировался, электричество провели. Даже дорогу в самых подозрительных местах засыпали опокой и щебнем.
— Начнутся дожди, проехать будет почти невозможно. А, подсыплем — и будем ездить по-прежнему, — объяснял Матвей.
Таня сразу начала заниматься со Станиславой. Девочка все схватывала на лету, училась держать ручку, запоминала буквы, складывала слова. Параллельно, Татьяна обучала маленькую волчицу правилам поведения среди людей.
То, что нельзя оборачиваться, Стася уже знала, это ей еще родители вдолбили. Остальное рассказывала Татьяна.
— Человеческие дети слабые, их нельзя толкать или бить, нельзя дергать за руку или пинать, понимаешь? У них слабый слух и почти совсем нет нюха. Тебе придется скрывать свои умения. Это очень важно, Стасенька.
— Я понимаю, — серьёзно отвечала девочка.
— Еще тебе надо будет запомнить свою фамилию, ты — Станислава Волкова. И я — твоя мама.
