— Да не пугайся! Это мне еще моя прабабка рассказывала, царствие ей небесное! Давным-давно жили на Руси не только люди, но и оборотни. Оборотень, это наполовину человек, наполовину волк. То есть, может волком бегать, а может человеком ходить.
Таня забыла, как дышать.
— Жили они отдельно от людей, свои села у оборотней были, свои законы да обычаи. Люди не трогали оборотней, оборотни не трогали людей, даже торговали друг с другом, встречались на ярмарках, в лесу да поле. И редко-редко, но бывало, что влюбится какая девка в молодого волка, да не устоят они и смилуются.
Они красавцы писаные, волки, да и девки наши, человеческие, всегда красотой славились. Вот. И иногда, редко, но было, от такой связи рождались дети, полукровки. Оборотни свое потомство никогда не бросали. И хоть и не брали их матерей женами, но помогали крепко — и деньгами, и защитой. Превращаться в волков полукровки не могли, но росли крепкими и здоровыми, жили дольше, чем мы, люди, живем. Женились и замуж выходили за деревенских, и постепенно волчьей крови в потомках оставалось все меньше и меньше.
Но тех, в ком есть хоть капля всегда легко узнать — от них шарахаются домашние животные. Так что ты, Галя — далекий потомок тех оборотней.
— А куда они подевались, оборотни? — осторожно спросила девушка.
— Не знаю, бабушка не говорила. Наверное, уехали куда или, может, истребили их всех. Они же, когда волком бегают — от обычного зверя и не отличишь! После первой мировой много зверья расплодилось, скот резали, люди погибали и однажды несколько губерний объединились, устроили огромную облаву — две недели загоняли и отстреливали всех подряд.
После много лет в наших краях ни одного волка не видели — кого перебили, а кто и сам ушел. Может, оборотни тоже под такие облавы попадались и все погибли, кто знает?
— Они что, до войны здесь жили, а потом ушли?
— Кто?
— Да оборотни же! — Таня еле сдерживала панику — спряталась, называется! Попала в район, где истоки ее рода!
— Кто же знает, я их никогда не видела, — простодушно ответила Настасья.
— Прабабка рассказывала, она видела, когда девчонкой была. Это лет сто назад было, не меньше. Да не пугайся ты так, ребенку повредишь! Капля крови, что в тебе, только на пользу — и ты, и ребенок крепче и здоровее будете. Давай-ка я еще чайник поставлю, этот уже остыл совсем."
"Ночью, лежа без сна, Таня перебирала в памяти разговор.
