В результате суд отказал ему в официальном подтверждении отцовства и разрешил Кириллу усыновить Тима. И стал Тимофей Павлович Валевский Тимофеем Кирилловичем Ковалевым.
Сказать, что все у нас шло гладко, - сильно соврать. Первые полгода - это был кошмар. Мы с Кириллом ссорились и укладывались спать в разных комнатах. Дети ругались и даже дрались. Работать я меньше не стала, и со временем выходила полная катастрофа. Анна чуть было не уволилась со скандалом. Зухра исчезла, прихватив кое-что из моих украшений. Мама в пух и прах погрызлась с Кириллом и заявила, что ноги ее в нашем доме не будет, но потом передумала.
Пару раз мне показалось, что я действительно сделала огромную глупость, выйдя за него замуж.
А потом вдруг все улеглось. Процесс грубой подгонки закончился, и начался тонкий тюнинг - который, видимо, будет продолжаться всю оставшуюся жизнь.
На весенних каникулах мы поехали вчетвером в Данию, где жил один из сыновей Дарьялова, нашедший нам приличные апартаменты. В первую же ночь, когда дети, убегавшись по Копенгагену, дрыхли без задних ног, Кирилл спросил: «А как насчет еще одного?»
«Ну.
.. если только одного», - подумав, согласилась я. Правда, думала лишь для вида, а на самом деле давно уже хотела, чтобы у нас родился общий ребенок.
Впрочем, сразу все равно не вышло - надо было допить таблетки и подождать, пока организм придет в норму. И вот пожалуйста - Наташка.
Беременность оказалась на удивление легкой - видимо, весь ужас вылился на долю Тима. Страшнее всего было поставить в известность детей: мы не представляли, как они это воспримут.
«Лена, а ты не слишком старая? - озабоченно нахмурила лоб Ксю. - Я волнуюсь».
«Дура! - рявкнул Тим. - Никакая мама не старая. Сейчас совсем старые рожают, и ничего. Пусть только мальчика рожает. Я его плавать научу. А ты так и не умеешь»."
"У них началась очередная свара, а мы под шумок улизнули гулять вокруг озера.
«Будешь смеяться, Лен, - сказал Кирилл, когда мы кормили уток. - Я иногда ночью просыпаюсь в холодном поту и думаю: а ведь мог послать Вадима ко всем хренам с его свиданием вслепую.
И мы бы с тобой никогда не встретились».
«Помнишь, что ты мне сказал тогда в «Абрикосове»? Про ту Елену? Я спросила: а вдруг ты промухал счастье всей своей жизни. А ты ответил: все равно никогда об этом не узнаю, так что без разницы».
«Нет, солнце, - он обнял меня. - Я ничего не промухал. Наоборот нашел. Счастье всей моей жизни.»
Кирилл
Наконец-то мы с детьми собрались ехать в роддом за Леной и Наташей.
