Как такое вообще возможно?
Мелодия закончилась, но продолжала звучать у меня в голове.
Гедеон вздохнул, а затем резко поднялся, едва не опрокинув стул, и шагнул в сторону. Я увидела тревогу на его лице, а вслед за ней страх и боль. Он едва дышал. Тонкая жилка на его шее билась очень быстро."
"– Твоя музыка прекрасна, – проговорила я и, не давая ему сбежать, взяла его за руку. – Я не знаю, что у тебя произошло и почему ты прячешь свою музыку и свой талант, но не позволяй этому происходить. Сними замок с сердца.
– Яна… – вырвалось у него.
– Ты ведь сам написал это, верно?
– Да, – сказал он, затем отстранился от меня и рванул к выходу. Сбежал-таки от меня. Я пошла за ним.
Он вышел на улицу и, подняв глаза к небу, глубоко вдохнул. Затем сел на стоявшую рядом скамейку и вытянул ноги. Я села рядом с ним.
– Раньше я чувствовал восторг, когда играл. Мне ужасно не хватает этого ощущения, – произнес он. – Но я не могу отпустить свое прошлое.
– Я видела то видео с шоу талантов, – тихо призналась я.
– Где маленькая версия тебя творила с фортепьяно невероятные вещи.
Его лицо пронзила боль.
– Где ты его нашла?
– Неважно. Важно лишь то, что твоя игра прекрасна. Почему об этом никто не знает? Неужели ты не хочешь, чтобы тебя слушали?
– Нет, – тихим голосом сказал он. – Ты ничего не понимаешь…
– Где сейчас твоя семья? Ты ведь сегодня ездил к своим родным?
Он посмотрел на меня, словно пытаясь решить, заслуживаю ли я его доверия. Видимо, решил, что нет, потому что, ничего не ответив, он поднялся со скамейки.
Опять насторожился, замкнулся и ушел в себя.
– Яна, я хочу, чтобы ты вызвала такси и поехала домой, – сказал он и направился к дому.
Какой же он закрытый. Я пошла вслед за ним. Никуда не поеду, пока не пойму, что происходит у него в голове и в душе.
– Я никуда не поеду, – заявила я, догнав Гедеона на кухне. Он держал в одной руке бутылку с виски, а в другой – пустой бокал. Я увидела, как дрожали его пальцы, пока он наливал янтарную жидкость. Он сделал один глоток, затем с грохотом поставил бокал на столешницу.
Гедеон
Я ненавидел этот день. Каждую его секунду.
Я смотрел на Яну и ощущал, как что-то странное греет мою грудную клетку. Даже сильнее, чем это чертов виски. В этот тяжелый для меня день она оказалась рядом со мной. Я сказал ей что-то про такси, но тут же пожалел об этом. На самом деле я не хотел, чтобы она уезжала.
– Я хочу сыграть для тебя еще кое-что, – вдруг услышал я собственный голос.
