Гедеон
Утром я встретился с Михаилом в его продюсерском центре, чтобы обсудить последние вопросы, касающиеся нашего нового альбома, а затем поехал на репетиционную базу, но на полпути в моей голове начала звучать музыка, которая звала меня домой, к роялю. Мысли вертелись в голове, не давая покоя, а звучание мелодии волнами ледяной и горячей воды наполняло мое тело. Я забарабанил пальцами по рулю, звуки в голове становились громче.
Я резко развернулся на повороте и поехал в противоположную сторону. Это были они – те самые недостающие ритмы для моей мелодии.
Сердце выпрыгивало из груди, нота за нотой пронзали меня насквозь.
Когда я уже почти подъехал к дому, мне позвонил Ден.
– Привет, Гедеон. Ты освободился уже? Приедешь сегодня на репетицию?
– Нет, не приеду. Я еду домой. Хочу продолжить работу над той самой мелодией.
– Так, – Ден собирался с мыслями. – И ты не позвал меня. Мы в прошлый раз так здорово сыгрались. И после этого не могли найти время, чтобы снова собраться. Я сейчас приеду! Мы должны довести ее до совершенства.
– Ден…
– Мы сейчас выезжаем. Мы все.
– Вы все? – с сомнением спросил я.
– Марк, звони Петровичу, пусть подгонит сюда фургон, – услышал я голос Дена вдалеке, затем связь оборвалась.
Через два часа в моей гостиной царил настоящий музыкальный хаос. Наша группа собралась полным составом. Ребята привезли барабанную установку, и сейчас Марк бил по тарелкам, как настоящий безумец. Савелий настраивал свою бас-гитару. Ден в это время перетаскивал бутылки с пивом в мой холодильник, разговаривая с кем-то по телефону.
Я молча стоял и наблюдал за этим сумасшествием. Что вообще здесь происходит? Я судорожно вздохнул.
– У меня все готово! – послышался радостный голос Савелия.
В комнате на полную мощность зазвучал глухой низкий бас. Савелий принялся наигрывать какую-то импровизацию, все вокруг завибрировало.
Ден вернулся в гостиную и встал рядом со мной.
– Это будет шедевр, – изрек он. – Единственное, что меня смущает – это то, что за роялем сижу я, а не ты.
– Меня это совсем не смущает.
И я не хотел шедевр, – произнес я. – Я написал эту мелодию для себя.
– Такую музыку нельзя прятать, – возразил он. – Она должна жить в сердцах других людей. Это поможет починить то, что было сломано, я точно знаю!
Я сопротивлялся.
– Эй, ребята! Я вот только не понял, зачем нам рояль? – раздался вдруг голос Марка. – Ден, ты не мог играть на своих синтезаторах?
– Заткнись, Марк, – Ден в два шага оказался рядом с ним и отвесил ему подзатыльник.
