– И не должен, – Вадим смотрел внимательно, не мигая, пытаясь уловить какую-то мысль за хвост. И вот, когда, казалось бы, уже что-то нащупал, прозвенела духовка, сообщая о том, что рыба готова.
Глава 25
– О, вот и рыба как раз вовремя, – Вадим повернулся к духовке, стряхивая с себя какое-то оцепенение.
Через пять минут стол был сервирован, и Илона решилась произнести тост:
– Поздравляю с покупкой квартиры. Она замечательная, – она мягко улыбнулась. – И еще хочу сказать спасибо за все. За помощь и поддержку, даже за уколы, – не иначе, виноват глинтвейн, но девушка сказала то, чего бы не хотела произносить: – Ты замечательный, в тебя легко можно влюбиться.
Для Вадима это оказалось неожиданностью, приятной и опасной. Кажется, кому-то второй бокал был лишним. Он поспешил перевести тему:
– Я обычный. И просто помог по мере сил. У тебя завтра рисование?
– Да. Перед этим надо съездить за фотоаппаратом, – Илонка старательно ковырялась в тарелке. И зачем это ляпнула? Настоящая дурочка! Как хорошо, что это Вадим – он точно смеяться не будет и сделает вид, что ничего не было.
Балбеска! – Знаешь, тебе в нашем колледже поставили бы двойку.
– За что? – удивился Мельников.
– За полнейшее нарушение технологии приготовления, – пояснила девушка. – Не смотри так удивленно. С моими знаниями только в столовке работать.
– Какой смысл в там образовании? – нет, ему не понять логики. Были и у них учившиеся чисто для галочки, но тем и не надо было, все равно за них работать буду. Ну тут ведь вопрос стоит о работе остро или он опять ничего не понимает?
– В корочках, – ответила Илонка.
– Лишь бы были, а в ресторан меня никто устраивать и не собирался. Вот и запихнули в заштатный колледж. Не хочу опять это обсуждать, – она сморщила нос. – Теперь попробую сама заняться тем, что интересно."
"– И это “интересно” может приносить доход. Я серьезно. Но не сразу, – не стал помогать строить воздушные замки Вадим.
Коварство глинтвейна проявилось позже: после ужина и третьего бокала напитка Илонку начало клонить в сон.
Она сама не заметила, когда успела так много по ее меркам выпить, было очень уж вкусно, да и стеклянные кружки под глинтвейн небольшие.
– Иди уже спать. Я сам все уберу, – отослал он девушку из кухни.
Нет, в некоторых вещах она сущий ребенок. Идеалистка наивная порой со слишком серьезным взглядом. Когда Вадим закончил уборку, а оставить грязную посуду и неубранный стол он физически не мог, и зашел в комнату, девушка спала, положив ладошку под щеку.
