– А если он понимает, что это одно заменяет множество других? – шепчу ей на ушко, успевая прикусить мочку и спуститься к шее, припадая к пульсирующей венке и вызывая тихий стон.
– И когда он успел это понять? Два дня назад?
– Намного раньше.
Неподходящий момент для откровений касательно сайта знакомств, свидания с Дианой и моей осведомлённости. Позже, когда Даша будет готова адекватно воспринять информацию. Сейчас же впиваюсь в сочный рот, посасывая язык и не позволяя отстраниться, а моя ладонь на её затылке фиксирует вертлявую особу в удобном для меня положении.
– Не верю! – извернувшись, разрывает поцелуй. – Просто сейчас я удобный вариант, не требующий эмоциональных и финансовых затрат.
– Эмоциональные затраты баснословные! Три часа оперы для меня равносильны миллионным потерям в денежном эквиваленте.
– Так я ещё и виновата! – прыскает, толкая меня в грудь ладошками.
– Даш, – тихо окликаю, – для тебя всё что угодно. Только для тебя.
Задерживает дыхание, а затем растерянно всхлипывает и сама тянется к моим губам, прикусывая нижнюю.
Все ограничения сняты с последними словами, и теперь никаких преград между мной и горячим телом не существует. Больше не анализирую, оставляя влажные дорожки на её шее и тараня промежность своим пахом. Уверен, она понимает, что остановиться не представляется возможным, поэтому обхватывает меня ногами и прижимается теснее.
Плыву, когда скольжу по ногам девушки, утягивая платье выше и подбираясь к атласному треугольнику ткани, скрывающему от меня мягкие складочки.
Надавив сквозь ткань на клитор, получаю взамен стон, который резонирует в моём теле, подсказывая, что она готова принять меня и получить удовольствие.
Но я хочу растянуть момент, поэтому оставляю припухшие губы и укладываю Дашу на стол, разложив перед собой в качестве изысканного десерта. Впалый живот подрагивает, реагируя на мои прикосновения, а следом и губы, приникающие к нежной коже. Сдвигаю платье выше, сталкиваясь с преградой в виде застёжки и резко дёргаю ткань, которая трещит и расходится сбоку, открывая доступ к упругой груди.
Твёрдые соски сами просятся в рот, и я не отказываю себе в удовольствии втянуть попеременно каждый, слегка прикусив, и в ответ получив судорожный вздох.
Даша выгибается, подставляя грудь под мой рот и запуская пальцы в полосы. Руки сами исследуют её тело, сжимая ягодицы слишком сильно, потому что она шипит, реагируя на боль.
