– Она опустила лицо в букет, закрыла глаза и глубоко вдохнула.
– То же самое относится и к вам.
Джейн открыла глаза и прищурилась.
– Полагаю, замечание справедливое.
Оба рассмеялись.
– Продолжаете удивлять, – призналась она. – Знаете, что моя любимая еда – кексы, а любимый автор – Мэри Уолстонкрафт. И вот теперь выясняется, что любимые цветы тоже знаете. Если бы не была уверена в обратном, Апплтон, – она на миг умолкла и снова покраснела, – то есть Гаррет, то сказала бы, что мы становимся… друзьями.
– Друзьями? – От дружбы до любви еще очень далеко.
Гаррет опустился на стул и откинулся на спинку.
– Вы даже не упомянули о том факте, что я позволяю себе проникать в вашу спальню и созерцать вас в ночной рубашке.
– Это вполне по-дружески, – согласилась Джейн и пристально посмотрела на рубашку, хранившую тайну так надежно, как ни одно из дневных, а тем более вечерних платьев.
– А что бы вы сказали, если бы я сообщил, что ваш любимый цвет – голубой? – поинтересовался Гаррет.
Джейн возмущенно вскинула брови.
– Сказала бы, что это непростительная вольность! Увидеть меня в бабушкиной ночной сорочке – допустимо. А вот знать любимый цвет – верх неприличия!
Гаррет широко улыбнулся.
– Но ведь это правда? Голубой?
– Да, – подтвердила Джейн, заботливо устраивая букет на коленях. – Вполне соответствует образу синего чулка, не так ли? Теперь, когда вам так много обо мне известно, будет справедливо, если расскажете что-нибудь о себе.
– Неужели моя персона представляет какой-то интерес для вас? – удивился Гаррет.
– И что же именно хотите узнать?
– Разумеется, только самое очевидное. Например, какая ваша любимая еда?
– Бифштекс.
Джейн кивнула.
– Предсказуемо, но очень хорошо.
– Предсказуемо?
– Надеялась, что назовете что-нибудь диковинное. Например, черепаховый суп.
Гаррет поморщился.
– Ненавижу черепаховый суп.
– И я тоже. Но невозможно отрицать, что назвать его в качестве любимого блюда было бы оригинально. – Она не стала ждать реакции. – А как насчет любимой книги?
– «Кандид».
Джейн едва не задохнулась.
– Вы читали Вольтера?
– Читал.
– Должно быть, дразните. – Она принялась теребить ленту на букете. Странно: в последнее время все время что-то дергала. Прежде Гаррет не замечал такой привычки.
– Нет, не дразню, – возразил он. – Читал «Кандида» раза три, не меньше. Если пожелаете проверить знание текста, то я к вашим услугам, миледи.
Джейн немного помолчала и пожала плечами.
– Нет. Не доверять было бы глупо.
