Элайза решила, что, несмотря на достоинства Долли как посудомойки и кухарки, она ничуть не возражала бы против того, чтобы ту поразило молнией.
– Итак, – приветливо заговорила Элайза, – что я могу сказать лорду ла Вею о прислуге?
– Мы остаемся, миссис Фонтейн, – великодушно и сладкозвучно отозвалась Долли. – Думаю, с такой экономкой, как вы, работать будет одно удовольствие.
Элайза, прищурившись, взглянула на Долли.
Та в ответ невинно посмотрела на нее, сияя и хлопая глазами.
Возможно, она действительно настроена благожелательно.
Однако, кто знает, что на уме у таких, как Долли Фармер.
Рамзи откашлялся:
– Но… наше условие состоит в том, что мы хотели бы… ливреи.
Элайза кивнула:
– Очень хорошо. Вы получите их в течение двух недель.
– Мы также хотим раз в неделю играть в мушку.
– Если лорд Ла Вей не будет нуждаться в ваших услугах, можете играть в мушку на пять карт раз в неделю, – согласилась Элайза. – Но когда в доме гости, игра отменяется. Если я увижу, что вы играете в рабочее время, немедленно будете уволены.
– Это справедливо, – весело заметил Джеймс, отправляя в рот полкуска хлеба. – А вы действительно хороший пекарь, миссис Фонтейн.
– Благодарю вас, Джеймс, – царственным тоном отозвалась Элайза. – Мне это известно.
Глава 11
Жадно съев тарелку не вызвавшей у него возражений тушеной говядины с добрым куском хлеба, лорд Ла Вей запил все это бокалом вина из подвалов лорда Ардмея, которое тот преподнес ему в подарок, и почти машинально позвонил, вызывая миссис Фонтейн.
Точно так же многие мужчины выпивают после обеда стаканчик бренди или выкуривают сигару.
Ла Вей испытывал некоторое нетерпение, ожидая ее прихода. Ему надо было кое-что сказать Элайзе.
Однако, когда она пришла, Филипп на мгновение забыл, зачем вызывал экономку. Дело в том, что ему было просто приятно смотреть на нее, после того как она явно бегом поднялась по лестнице, отчего ее щеки раскраснелись, а прическа уже не была такой аккуратной.
– Добрый вечер, миссис Фонтейн! Хочу сказать, что с вашей стороны было очень мило предложить мне этот чай из ивовой коры. Точнее, в вашем поступке было три четверти доброты и одна четверть отчаяния, когда вы пытались сделать меня не таким невыносимым.
Сначала глаза Элайзы тревожно расширились, но потом он увидел, что она приняла его слова за шутку.
– К списку моих семейных рецептов я добавлю рецепт «Как укротить принца», – сказала она.
