Любовь в никогдабре

Мое тело упрямо не реагировало на недвусмысленные посылы милашки.

М-да, такое со мной произошло впервые. Сказать, что я чувствовал себя премерзко, — ничего не сказать. Никакой реакции в теле не возникло, как будто я — девяностолетний старпер, у которого ниже пояса давно всё умерло. А кто виноват? Хранительница!

Злоключение настолько умотала меня, и я, охраняя ее, просто выдохся. Да, точно, это всё накопившаяся усталость и суета прошлых дней.

Ничего, вот решу вопрос с книгой и наверстаю упущенное. Устрою такой загул, что друзья сожрут собственные перья.

Глава 31. Редкий фонд

Алексей

Мы приехали за десять минут до официального открытия фонда редких книг. Дверь была приоткрыта, чем и воспользовались. Фонд встретил меня и Валерию такой же тишиной и пустотой, что и в прошлый раз.

Валерия начала меня бесить своим поведением. Она словно избегала меня, отскакивала, если я подходил ближе. Что я такого сделал, никак не мог понять. Ну сжег книгу при ней, но это же не конец света.

За стойкой вместо бабули-генеральши сидел прыщавый молодой человек с прилизанными волосами мышиного цвета и еле заметными усиками. Видимо, юноша — язык не поворачивался назвать его мужчиной — думал, что так будет казаться взрослее. Не вышло. Впрочем, мне на руку и его скромность, и отсутствие строгой сотрудницы.

Я попросил Злоключение подождать в сторонке, а сам решил сразу взять быка за рога и обратился к юноше, прочитав его имя на бейджике:

— Максим, я не буду ходить вокруг да около. Давайте сделаем так: редкий фонд откроется для всех остальных завтра.

Глаза сотрудника округлились, а я продолжил:

— Но для нас он откроется сегодня.

— Подож… — начал Максим, но я перебил его на полуслове: — А вы станете богаче. Намного богаче… Подозреваю, что такую сумму вы и за пять лет не заработаете в этом фонде.

Я увидел сомнение в глазах. «Да что ж за люди тут работают? Их штампуют в одном месте и отправляют сюда, что ли?»

— Я понимаю ваши сомнения, сразу понял, что вы очень ответственны, — сказал я и попал в точку. Максим расцвел, как барышня, которой вручили огромный букет роз. — Даю слово, что ни с одной из книг ничего не случится. Держите, держите, позвольте себе хоть раз в жизни то, чего так давно хотели, но не получалось. — И положил перед Максимом конверт.