Любовь во тьме (ЛП)

Ее тело расслабляется в моих руках, ее глаза расширяются от полученной информации. - Я плохо справляюсь с этим из-за этого, и мне чертовски жаль. Видя, как тебе больно… Я отключился. Я снова увидел, как больно моей маме. Я бы убил его за то, что он прикоснулся к тебе, если бы ты меня не остановила, - клянусь я, прерывисто дыша. - Я не хотел быть бесчувственным, я просто отреагировал как мудак, потому что я не могу мыслить здраво, когда дело касается тебя, особенно когда ты в опасности. Простишь меня?

Я обхватываю ее лицо руками, словно боюсь, что она убежит.

Ее глаза - печальные чернильно-черные, блестящие озера, которые затягивают меня в свои глубины.

Я запечатлеваю мягкий, умоляющий поцелуй на ее губах.

-Пожалуйста, детка, - прохрипела я.

Ее пальцы смыкаются на моей пояснице, впиваясь в плоть. Притягивая меня ближе, вместо того чтобы отталкивать.

Она вздергивает подбородок, и меня охватывает огромное облегчение.

-Мне жаль твою маму”, - говорит она, и в ее тоне слышится настоящая печаль. - Я не знала.

- Мне жаль, что меня не было рядом, чтобы помочь тебе. - Мой голос срывается. - Прости, что опоздал.

- Все в порядке, - говорит она дрожащим голосом. - Ты мне не нужен. Мне никто не нужен.

- Всем кто-то нужен, Нера. То, что я тебе нужен, не делает тебя слабой, - шепчу я в ее волосы. - Я не боюсь признать, что ты мне нужна.

Она дрожит в моих объятиях, ее глаза налиты кровью и умоляюще смотрят на меня.

- Трахни меня, - умоляет она. - К черту боль. Это то, что мне нужно.

???

Глава 29

Нерв

Глаза Тристана сверкают редкой свирепостью.

Он прижимается своим ртом к моему и крадет мое дыхание и мои мысли на одном дыхании. Нет места ни для чего другого, кроме как сосредотачиваться на его руках, когда он прикасается ко мне, как сейчас.

Он пробегает по моим изгибам жадными пальцами, хватая и лаская, как будто не может насытиться. Он отрывает свой рот от моего лишь для того, чтобы сорвать рубашку через голову, а затем возвращается к поцелуям.

Он снимает с меня шорты и стринги и стягивает спортивный лифчик.

Его руки осторожны, как будто он боится прикоснуться ко мне. Как будто я - кусочек тонкого фарфора, который может разбиться на миллион крошечных кусочков, если он прикоснется ко мне слишком сильно.

Он слишком осторожен, почти неуверен. Он не хватает меня за горло и не гладит мою задницу, его пальцы впиваются в мою плоть.

Он не вертит мной и не приказывает мне, чтобы делать со мной все, что хочет.

Я ненавижу осторожность. Я этого не хочу.