Любовь-война

Я не могу раскиснуть на виду у всех. Показывать свою слабость публично – непозволительная роскошь.

Стараясь сдержать подкатывающие к горлу слезы, закусываю щеку с внутренней стороны и про себя считаю секунды до окончания этой треклятой медленной композиции. Данька, к счастью, не лезет ко мне с разговорами, просто топчется на месте, изредка вздыхая.

Когда песня наконец подходит к концу, я отстраняюсь от приятеля, натягиваю на лицо маску безразличия и, стараясь двигаться не слишком быстро, устремляюсь к домику.

Глава 12

Кристина

- Кристина, я не ослышалась, тебе правда нужно привезти платье? – переспрашивает мама, явно не ожидавшая от меня такой просьбы.

Чего уж тут. Я и сама от себя подобного не ожидала. Но обстоятельства меняются.

Все дело в том, что я решила покорить Шульца. Хочу доказать ему, что я ничуть не хуже этой блондинистой фифы Нарьяловой. Что тоже могу быть женственной, грациозной и вполне гожусь для медленных танцев.

- Да, помнишь то черное платье, которое мне тетя Агата дарила на прошлый новый год? – нервно прижимая телефон к уху, говорю я. – Вот его привези, пожалуйста.

- А зачем тебе? – не перестает удивляться родительница. – Ты ведь обычно не носишь такую одежду.

- Это для роли в сценке, - беззастенчиво лгу я.

Ну, не говорить же маме, что этим платьем я надумала впечатлить своего старинного друга, а заодно и утереть нос курицам-соседкам.

Родительница выполняет мою просьбу и в следующий свой визит привозит то самое черное платье. А еще босоножки на невысоком каблуке, которые я, кстати, тоже ни разу не носила, и маленькую золотистую косметичку.

- Мам, ну а это-то зачем? – кисло интересуюсь я, поочередно беря в руки тушь для ресниц, прозрачный блеск для губ и персиковые румяна.

- А что? Для сцены и накраситься немного можно, - он заговорщически мне подмигивает, а я тяжело вздыхаю.

Ладно, была не была. Раз уж решила погрузиться во все эти женские премудрости, то, пожалуй, легкий макияж действительно не будет лишним. Красота, как говорится, требует жертв. И в моем случае мне придется пожертвовать собственными принципами."

"Следующая дискотека намечается во вторник, и я жду этого дня, как узник казни.